Я не закончил угрозу, потому что не представлял, каково подходящее наказание для ребенка, которому даже не исполнилось трех лет. Это был мой третий день здесь и первый, когда я остался с кузенами без общества взрослых. Обычно я грозился позвать тетю Линду или дядю Роя. Но они куда-то запропастились, как и мои предки. Поэтому теперь я пытался управлять диктатурой, пока два моих гражданина организовывали переворот.
Салфетка промокла насквозь. Она стала темно-красной, как и мои руки, и я испугался, что меня сейчас вырвет. Что Криста вообще натворила? Мне надо отвести ее в больницу? Она лишится ноги? Позвонить тете Линде? Или в службу спасения?
На нас упала тень, и внезапно кто-то опустился рядом со мной на колени.
– Привет! – сказал этот кто-то. – Тебе нужна помощь? Похоже, салфетки не хватит.
Мы с Кристой одновременно подняли взгляды. Нашим ангелом-хранителем оказался парень примерно моего возраста, с густыми темными волосами, вьющимися на кончиках. Его кожа была светло-коричневой, а в руке он держал переносную аптечку.
Я пробормотал что-то неразборчивое, совсем не напоминающее английский.
– Папа заставляет меня брать с собой аптечку каждый раз, когда я привожу сюда Кейна, – добавил парень, расстегивая сумочку и роясь в бинтах. – Это мой младший брат. Он вон там, в воде. Но аптечка пригождается впервые.
К слову о «впервые»: я в первый раз увидел, как Криста заткнулась. Она таращилась на парня так, словно он появился здесь верхом на единороге. У меня возникло плохое предчувствие, что я смотрю на него точно так же.
Парень показал упаковку дезинфицирующих салфеток.
– Подойдет? – спросил он.
Вода мокрая? День жаркий? Его веснушки идеальны? Конечно, подойдет. Во всей истории человечества ничто не подходило больше.
Кому-то надо сочинить балладу о том, насколько это подходило. Мне нужна фотография, чтобы предложить ее издателям Оксфордского словаря английского языка в качестве определения глагола «подходить».
Вроде бы я сумел слегка кивнуть.
– Как тебя зовут?
К сожалению, он спрашивал не меня.
Девочка сделала серьезное (даже торжественное) лицо.
– Криста.
– Какое красивое имя. Я – Уилл. Криста, можно я прочищу рану? Наверное, тебе очень больно.
Моя кузина тоже сумела изобразить легкий кивок.
Уилл поднял на меня взгляд.
– Если ты хочешь забрать Дилана, то я могу подержать оборону пару секунд.
Стойте, он знал Дилана? И меня? И сколько времени это длилось? Внезапно я вспомнил, сколько раз окликал своего кузена, причем орал на весь пляж. Точно. Теперь ясно.
– Да, – выдавил я. – Спасибо.
