— Как ты прекрасна, — восторженно шепчет Рионар, поднимает взгляд от соблазнительного тела на синие глаза… и проклиная свою нетерпеливость последними словами, вновь начинает нежно целовать, стараясь пробудить страсть, в стремительно избавляющейся от оков безумия страсти девушке.
— Ты!…- она пытается его оттолкнуть, отворачивая красное личико от его настойчивых поцелуев.
— Я! — не удержался от язвительного замечания Рионар, вновь овладевая ее губами.
— Ты!!! — почти кричит Айрин стремительно пытаясь вырваться, и бесконечно взбешенная тем, что вторая его рука жестом собственника обхватила ее грудь.
— Милая, — он оторвался от ее шеи, — вот кажется вопрос с тем, что это действительно я, мы уже решили! Или я не прав?
Еще несколько секунд назад Айрин мечтала, чтобы это поцелуй никогда не кончалось, но мгновения влечения прошли, и теперь она осознала, что полуголая стоит в лесу, а тот, который столь часто позволял себе издеваться над ней, наглым образом пытается ее совратить.
— Прекрати! Остановись… пожалуйста… — почти умоляя, прошептала Айрин.
На секунду он оцепенел, его руки скользнули по обнаженным плечам, губы вновь прикоснулись к ее губам, и невероятным усилием воли Рионар оторвался от нее, чтобы тут же прижать ее головку к своей груди, обнять дрожащее тело:
— Прости, мой ангел, с тобой невероятно сложно остановиться… а удержаться просто невозможно, — он погладил обнаженную спину, — я просто поговорить хотел…
— Хороший такой разговор, — всхлипнула Айрин, — а главное содержательный! — затем, вновь прижавшись к нему, добавила, — мне холодно…
Рионар вздрогнул, осознав, что вокруг лежит снег, а деревья поскрипывают от ледяного ветра. Он мгновенно одел дрожащую от холода девушку, зашнуровал платье. Поднял упавший к ее ногам в самом начале полушубок и закутав еще и в свой меховой плащ, подхватил Айрин на руки, сел на пенек, к которому собственно и направлялся до того, как разум куда-то сбежал.
— Прости, мой синеглазый ангел, сильно замерзла? — от этого нежного голоса, без намека на ехидство, тепло словно заполнило все ее существо.
— Нет, — она улыбнулась, — только когда ты отошел…
Рионар ощутил почти болезненное желание продолжить начатое, но удержал себя.
— Давно хотел поговорить с тобой, по поводу помолвки, — начал Рионар.
Айрин с улыбкой посмотрела в сияющие черные глаза, и с грустью произнесла:
— Спасибо…
— За что? — не понял Рионар.
— За то, что отговорил иссу Кимору от этой глупой затеи с Первым советником, за то, что уговорил императора, отослать Жнера из Такассии, за то, что не отказался от меня…
Рионар смотрел в невинные синие глаза и не мог понять — радоваться или огорчаться подобной проницательности у его любимой девочки.
— Ты знала? — недоверчивый тон, и чуть расширившиеся от удивления зрачки.
— Догадалась, — улыбнулась Айрин.
— А с кронпринцем так мило беседовала, — не удержался от ехидного замечания Рионар.
— Я смотрела в его черные глаза, и думала о другом, — в ее голосе не было фальши, — никогда не и не предполагала, что буду мечтать о тебе…
Рионар радостно рассмеялся, прижал ее к себе, и поднявшись направился к карете. Он так и не понял, что она ждала ответного признания…
------------------------
Их появление исса Лариора встретила сдержанной улыбкой, остановив свой взгляд на припухших губах Айрин.
— Поговорить, похоже, не удалось, — констатировала исса Дархарз, — а следовало бы.
— Мама, — он подчеркнуто внимательно посмотрел на мать, — разве я интересовался твоим мнением?
Лариора рассмеялась, глядя на пунцовую от смущения Айрин, которую Рионар так и продолжал держать на коленях, вопреки ее молчаливому, но отчаянному сопротивлению.
— Так вас уже можно поздравить с помолвкой? — поддразнила Лариора.
— Нет, — ответила Айрин.
Рионар вознес взгляд к небу и простонал.
— В лес больше не пойду, — тут же сказала девушка, — там холодно.
— Мы потом поговорим, — холодно произнес Рионар, и отвернулся к окну, но Айрин продолжал держать крепко.
Остальную часть дороги ехали в молчании, и вскоре Айрин так и уснула на руках темноволосого бога.
— Эта девочка не для тебя, Рионар, — мягко произнесла Лариора, убедившись, что Айрин действительно спит.
— Айрин моя, и отдавать ее я никому не собираюсь.
Исса Дархарз неодобрительно покачала головой:
— Ты совсем как твой отец, тот тоже шел напролом, не интересуясь никем и ничем. Знаешь, я ведь никогда его не любила…
Рионар подозрительно посмотрел на мать, предчувствуя не слишком приятный разговор:
— Мама, мне кажется не стоит…
— Стоит, Рионар, мне давно стоило поговорить с тобой, но все повода не было. Сейчас этот повод мирно спит на твоих руках, и мне искренне жаль девочку.
— Как интересно, — с сарказмом произнес Рионар, — и чем же я так плох?
— Ты разобьешь ей сердце, Рионар, а когда потеряешь, сойдешь с ума от боли и ярости… как твой отец…
— И Ориниана? — глухо дополнил Рионар.
