Учительница заморгала. Со студентами никогда такого не было. Некоторые могли сомневаться или думали о себе слишком многого, но никогда не оскорбляли основы.
– Это цифры и ноты. – проговорила Ро, – с их помощью считают и сочиняют музыку.
–У меня для этого пальцы есть. А для музыки ярмарки. Там эти бездельники дудят. Это мне, что, потом с протянутой рукой стоять и дудеть?
–Маль… Господин, это основы всего. Благодаря буквам и нотам, вы познакомитесь с разнообразием музыки, сможете оценить сложность поэм и насладиться ими.
–А пожрать я смогу достать?
Женщина отложила мел и оперлась на кафедру.
–Весь этот дом был построен благодаря музыке.
«Точнее, отремонтирован.»
–Ага, как же. Это ж кто будет за свистопляску столько платить? Я наслышан о таких, как ты. Разбойники. С простых людей забираете то, что они месяцами копят. А затем ходите напыщенные в этих ваших тряпках красивущих. Так бы каждый пел да плясал. На кой бес в поле горбатиться?
Ро попыталась погладить отсутствующие пальцы.
«Успокойся, у него было тяжелое детство. Он завяз на первой ступеньке.»
–Потому что это сложнее.
Ингмар заржал, другие дети поддержали его хихиканьем. А воспитатели поджали губы, сдерживая смех, и отвернулись, что-то шепча друг другу.
–Сложнее? – через приступы хохота вставил Ингмар, – вот дудеть и дергать за струну сложнее? Ты в поле то была? Косила сено, собирала пшеницу? Вот и не говори, что сложнее.
Учительница смотрела на смеющийся класс и сквозь зубы прошептала.
–С упырями было проще, – затем выпрямилась и откашлялась, – дети, кто еще думает так же, как Господин?
Поднялись шесть рук. Девочка с ссадинами на шее сначала подняла, но тут же опустила.
–Благодарю за честность. Господин, на какой день у вас получилось таскать снопы?
Ингмар фыркнул.
–На первый.
Ро широко улыбнулась.
–Чтож, если вы такой талантливый, то музыкой овладеете быстрее остальных. А теперь, приступим к уроку и узнаем, что же сложнее.
Дети передумали уже на второй день. Они путали буквы и цифры, которые, на взгляд Ро, совсем не были похожи. От этого и страдала дисциплина. Кто-то психовал, что это какой-то бред, но ему напоминали, что за это его кормят и одевают.
Агна молча училась. Она изучала букву за буквой, руну за руной, и двигалась как скользящий валун, увлекая за собой тех, кто меньше. У Ингмара получалось хуже. Он то и дело ворчал, когда кто-то из младших опережал его. Косился на других, заглядывал в тетради и сравнивал. По прикидкам Ро он тратил на это большую часть времени.
Через месяц, во время встречи с воспитателями, в кабинет Ро вбежал заплаканный мальчишка. Она попросила работников прийти через час, усадила воспитанника на стул.
–Щелчок, ты прибежал ко мне за помощью или чтобы поплакать?
Семилетний мальчишка всхлипывал и утирал сопли, размазывая их по новой сорочке.
–Они дерутся! Меня стукают!
Ро вздохнула. Больше всего она не любила разбираться в студенческих драках. Каждый мнит себя правым, а затем обижается, что не встали на его сторону. А здесь дети.
–Тебя побил кто-то из старших?
Хозяйка приюта уже представила, как находит Ингмара и устраивает ему выволочку.
–Да-а-а! Это Кот и Кочерга!
Ро чуть не прыснула. Эти двое – девочка и мальчик – на год старше Щелчка. Можно было пойти и наказать их, но результат очевиден. С Щелчком перестали бы дружить, потому что он ябеда. Затем издевательства исподтишка, и тут зависит от него, кем стать. Изгоем либо тем, кто станет искать для злых шуток других. Были еще варианты, но ни один из них не устраивал Ро.
–Они сильнее тебя и задираются.
–Их двое! – прохныкал Щелчок. – так нечестна-а-а! Накажите их!
«Началось.»
–А ты пробовал им ответить?
Мальчишка заморгал и надулся.
–Их двое! Что я им сделаю? Они меня побьют еще сильнее!
–Тебе страшно, что, попытавшись решить эту проблему, ты создашь новую? – спросила Рохезия и тут же прокляла себя за формулировку.
«А еще сложнее не могла?»
Но мальчишка кое-что понял.
–Да, страшно.
Ро выпрямилась и подошла к стене, сняла лютню и подтянула струны.
«Три пальца. С таким богатством не много наиграешь.»
Попробовала взять несколько простых аккордов. Поморщилась, затем оскалилась, но все-таки нашла несколько подходящих.
«Надо переучиваться.»– подумала Ро и пожалела, что не может пересадить пальцы с правой руки на левую. Хотя будь у неё такая возможность, она позаимствовала бы несколько у какого-нибудь карманника. К примеру, у рыжего паяца. Он все равно мечтал о крюке вместо кисти.
–Щелчок, ты уже бывал на ярмарках? – спросила она, пощипывая струны.
Мальчик шмыгнул носом и закивал.
–Помнишь, что ты чувствовал? Настроение, мечты?
Щелчок перестал плакать и задумался. Он поднял глаза к потолку, как будто там кто-то нарисовал картины из его памяти.
–Было весело. Я помню, как дяденька там мячики перекидывал из руки в руку. – на его лице появилась улыбка, – а еще там раздавали сладости. Мне даже два леденца досталось!
Женщина прикрыла глаза, пытаясь представить, что видел мальчик.
–Тебе их просто так дали?
–Нет! Мне пришлось пробраться сквозь толпу. Я думал, меня раздавят. Там столько людей было!
–Но тебя это не испугало.
