Может, она искренне верила, что у меня в жизни все устроится как можно лучше, к тому же это было право родителей подобрать мне жениха — в человеческих королевствах так и поступали. Но я точно знала — возвращаться в тот гадюшник нельзя я не сомневалась, что срок моей жизни, под любящей сенью двора Его Величества Ромира Пятого, резко устремится к нулю. И я — не принцесса Ники, я хочу сама решать, как жить. Я, в конце концов — маг и почти что дракон!
Я с надеждой посмотрела на деда, потом вспомнила, что до совершеннолетия все права на детей у родителей или опекунов. Дед мне просто не сможет помочь.
Леди Аминика встала и протянула ему свиток. Дед нехотя его взял, развернул, послание вспыхнуло белым, и я почувствовала, как возник и растаял магический всплеск — активировался сигнал «получения». Дед нахмурился и прочёл написанное. На его губах появилась горькая усмешка:
— Даже так, — протянул он, с новым интересом рассматривая дочь. — Ты попросила вызвать Ники ко мне, чтобы увидеться с дочерью, по которой так соскучилась. А теперь вручаешь мне официальную ноту короля Денгрикамйского королевства. Судя по содержанию, ты ему рассказала всё. А теперь он знает, что я ее прочёл.
Дед прикрыл глаза, глубоко вздохнул и повернулся ко мне:
— Девочка моя, я заявлю протест и постараюсь придумать… что-нибудь придумать. Я тебя просто так не оставлю, веришь?
Я кивнула — деду я верила, но была убеждена, что его попытки ничего не дадут. Не войной же он пойдет на свою родную дочь?
Матушка подошла ко мне и протянула руку, явно собираясь вцепиться в добытый гарант счастливой семейной жизни.
Я отступила от нее, брезгливо скривившись.
— Не капризничай, дочь, — увещевательно заявила вполне пришедшая в себя королева, — отсюда ты выйдешь только со мной.
Я иронично подняла брови:
— Матушка, а вы не забыли, что я вообще-то маг?
— У тебя нет пластин перемещения, — уверенно возразила леди Аминика. — Убежать не получится — твой дед связан приказом твоего отца и вынужден будет задержать тебя.
Ах, да, — магически поддерживаемое законодательство Пяти королевств, — вспомнила я, начиная чувствовать себя в ловушке.
Ну что ж, лучше погибнуть пытаясь спастись, чем просто сдаться, — решила я. Матушка сделала ко мне шаг, я отбежала от неё за стол, заметила, что дед демонстративно сложил руки на груди, явно решив ни во что не вмешиваться.
Королева, покраснев от гнева, стремительно направилась ко мне, — ну уж нет, я так просто, своими ножками в ощип не пойду! Не позволяя панике полностью захватить меня, я сосредоточилась, зачерпнула силы из источника, который совсем недавно стала отчётливо чувствовать, хотя все еще не понимала, где он находится. И «скользнула», на этот раз чётко зная, куда хочу попасть.
Король Дароникамр Первый изволили трапезничать. Может, не самое лучшее время и место, но выбирать не приходилось: тётушка, увидев перепуганную меня, появившуюся посреди её гостиной и косноязычно объясняющую произошедшее у деда, решила поторопить события и заручится словом своего монарха.
— Ваше Величество, — решила я не тянуть кота за хвост, — прошу политического убежища!
Уппс, кажется, ляп! И, испуганно посмотрев на леди Ваду, поправилась:
— Я, принцесса Никиэнна Денгрийская, прошу защиты и покровительства и разрешения на официальное проживание в королевстве Бризар.
Я смотрела на Даронимра. Он молча разглядывал меня. Леди Вада за моей спиной не подавала ни звука. Хорошо, что король был один — не считая двух его министров. Но те успешно делали вид, что не происходит ничего необычного, иначе я бы уже принялась искать место в ближайшей щели, так неловко я себя чувствовала, стоя перед накрытым столом с аллегорически протянутой рукой. А король всё молчал.
Наконец, моя тётя решила вмешаться:
— Ваше Величество, для рода Фиарлес не существенно ничего, кроме доказанной принадлежности к нашей семье. Моя племянница из старшей ветви рода. В первую очередь, она — Фиарлес, а затем — все остальное. Мы не выдаем своих.
Даронир неприятно ухмыльнулся и спросил:
— Значит, вы, любезная леди, были осведомлены, что принимаете несовершеннолетнюю беглую дочь монарха Денгрии?
Тревожный звоночек прозвучал у меня в сознании и предчувствие не обмануло:
— Вы знаете, почему оба моих министра тут, леди Вада? — вкрадчиво спросил король. — В совершенно неурочное для совещаний время? А про место я уж и не говорю.
Теперь я позволила себе обернуться и увидела, как тётушка отрицательно покачала головой:
— Нет, Ваше Величество.
— Да вот, — Даронир помахал длинным пергаментом, — получили мы срочного дип вестника — от короля Ромимра Пятого. Первое официальное сообщение за лет семьдесят, не меньше, леди Вада. С предложениями восстановить отношения и с просьбой — вернуть ему неразумное беглое дитя, с расстроенной психикой, на которую пагубно повлияло случившееся полгода назад похищение. И которая теперь прячется от всех, упрямо подвергая свою жизнь неоправданному риску.
