Подойдя к одной из стоявших на столе шкатулок, магистр зачерпнул из неё горсть какого-то порошка, яркого синего цвета, и, произнося слово-активатор, бросил его на пустой луч, видимо это и был «погашатель». А сам магистр, со словами — «теперь можете сойти с места» — повернулся ко мне.
Вот только… В этот момент я забыла, как дышать, не то что — двигаться.
Прямо передо мной, в воздухе, начала проявлялась фигура дракона, ставшая видимой только благодаря облепившему её порошку. Островки цвета соединялись между собой и растекались, полностью обрисовывая драконью шкуру, принявшую теперь ярко синий колер. Видимо, поняв по моему ошалелому взгляду, что что-то происходит, магистр обернулся и тоже застыл. Но его ступор долго не продлился. Магистр, неясно бормоча себе под нос, кажется, ругательства, подлетел к столу, зачерпнул полную горсть порошка из другой шкатулки, и бросил его на моего дракона. Я даже вздрогнула — а ну как это моему синенькому навредит?!
Но единственным эффектом, который новый, на этот раз — цыплячего цвета, порошок оказал на мою вторую ипостась, было очередное изменение окраски. На синем фоне появились ярко желтые пятна, и я тут же обиделась на магистра, — да что он делает? Портит такой красивый цвет! Но лорд Ворел уже ни на что не обращал внимание — и на мое недовольство в том числе. Как одержимый, он хватал все новые и новые порошки и посыпал ими моего дракона, который, каждый раз, послушно менял цвет, раскрашиваясь все новыми и новыми тонами.
— Хамелеон, храшш меня побери! — благоговейно выдохнул магистр, садясь мимо стула.
В ответ на раздавшийся грохот кто-то пытался открыть дверь в аудиторию, но магистр, небрежным движением руки, просто отмахнулся, не давая им войти, да еще и магически запечатал вход. Видимо, резкое приложения твердого покрытия к пятой точке, вывело его из состояния исследовательского транса.
Он отлепил взгляд от все еще полыхающего разными цветами дракона — моего дракона! — перевел его на меня, сосредоточился, и мне стало не по себе. В лице его смешались восторг человека, вернее — оборотня, узревшего чудо, и пылкий интерес ученого-экспериментатора, но к этому перемешивалась и другая эмоция, больше всего походившая на настороженную подозрительность.
Я опять посмотрела на свою вторую ипостась. Порошки то ли растворялись, то ли стряхивались с драконьей шкуры, но её цвет постепенно утрачивал все яркие оттенки, бледнел, становился прозрачным. Прошло несколько минут и силуэт дракона уже еле зримо обозначался на фоне неба, видневшегося в окне. И вот только теперь я полностью осознала смысл слова «хамелеон». Это что же, я буду лететь и меня никто не увидит, ведь я буду под цвет воздуха и облаков? А сяду на траву и опять же — полностью сольюсь с зеленью? Хотя, да и фиг с ним — главное, что есть мой дракон, есть! И я буду летать!
Но вот пока я любовалась своею будущей ипостасью, опомнившийся магистр поднялся и подошел ко мне сзади, крепко прихватив за локоть.
— Милая леди Фиарлес, — голос Ворела совершенно изменился, приобретя какой-то странный официальный оттенок, — нам придется нанести визит во дворец, к Его Величеству.
— Зачем? — не поняла я.
— Видите ли, моя дорогая, хамелеонов уже давно никто не видел; последние остались за Барьером, прикрывая исход драконов из закрытого теперь для нас мира и выслуживая тем своё прощение.
— Прощение? За что? — все «страньше» и «страньше». О чем он говорит?
— За то, что в наш родной мир пришла чума и ушла магия. За то, что наши хрустальные небеса разверзлись и пролились дождем, затопив всю планету и оставив наш народ без крова и пищи. За то, что из-за них погиб наш последний император в битве с теми демонами, которых они привели в наш родной мир.
Ворел помолчал.
— Они заслужили свое прощение. Они подарили нам всем жизнь, в этом мире, — вот теперь в его голосе ясно читалась угрожающая нотка и меня пробрал неконтролируемый озноб. — Но при этом они погибли, все, до самого последнего хамелеона. Или мы так думали. Возникает вопрос, откуда взялись вы?
Мой дракон уже совсем исчез, испарился, как и золотой зверь Дэйма в прошлый раз. Мне стало тоскливо и, честно говоря, страшновато — лорд Ворел начинал меня откровенно пугать. Но особенно размышлять, что ответить, не пришлось — магистр махнул рукой, перед нами появился туманный портал, и мужчина, жестко фиксируя мой локоть, потащил меня за собой. Едва мы прошли сквозь зыбь перехода, я испытала полное дежавю: передо мной вновь оказался главный сыщик королевства, лорд Турм.
