Ноги подкосились, и я рухнула на ковер, устилавший пол, приземлившись рядышком с ошейником. Бездумно взяла его в руки. Мощный магический артефакт, необозримая сила которого рассчитывалась на подавление воли и моторики магов, был совершенно опустошён. А я, как и хотела — оказалась у себя в комнате! Я расхохоталась, утирая выступившие слезы. Признаю, нотки истерики так и резали слух, но все равно — это был смех! Победный смех! Ускользнуть в другой мир, непроизвольно "выпив" для этого магию порабощавшего меня украшения — чем не победа неумехи-первокурсницы над несостоявшимся предводителем завоевательских легионов?! Я нежно погладила мягкий ворс на ковре. И снова рассмеялась: Таир — ты мне должен! А что? Я же предотвратила вторжение? Хотя бы — на время.
Эта мысль принесла отрезвление. Ничего же еще не закончилось. И нужно предупредить всех. Хоть тот тип — я старательно избегала думать о нем, как о демоне ада, — и оказался сейчас у разбитого корыта, но что, если он захватит дракона с даром скольжения? Впрочем, нет — драконов он избегал. Но тогда, почему ему подошла я? Ведь я-то — дракон? Или, он не знал о проявившейся второй ипостаси? А я именно поэтому и смогла преодолеть хватку ошейника! Короче, — одернула я себя, — нужно всех предупредить. Вторжение на планету разборкой с одними драконами точно не закончится. А главное — поквитаться с гадом! Я даже не пыталась притвориться, что мною двигают исключительно патриотические чувства к Таиру. Нет — это было нечто скорее иное — сжигающий гнев, острое желание отомстить за испытанные унижение, страх и беспомощность. И где-то глубоко внутри, там, где таилась моя драконья суть, рождалось еще что-то. Гнев. Бесконтрольная ненависть к хозяину ошейника и другим из его племени. Ненависть настолько сильная, что, казалось, она старше меня самой и тянется из глубины времен. Дракон во мне взревел и глаза застило красной пеленой:
— Отомщу! Уничтожу!
Вздрогнув, пришла в себя. Что со мной?! И, вообще, — тут я похолодела, — откуда я возьму силы, чтобы пробиться на Таир? На секунду замерла в растерянности. А потом меня осенило — Велеслава! Она сможет помочь! Алька точно знает, как ее найти.
Я поднялась, заново окидывая свою комнату пристальным взглядом. Телефон нашелся на старом месте — журнальном столике. Слегка подрагивающей рукой набрала все еще не забытый номер сестры; после нескольких гудков услышала ее голос:
— Аллё?
— Аля, — хрипловато произнесла я, — у меня есть информация о вашей сестре. Я жду вас через час у вашей квартиры.
И тут же повесила трубку. Отвечать на вопросы я собиралась только лицом к лицу.
Мы сидели с сестрой на кухне и пили чай. С мятой. Запивая таблетки валерианки с пустырником.
Алька все еще украдкой бросала на меня взгляды, видно не до конца уверенная в реальности происходящего. Мой рассказ, сначала воспринятый как великолепный приключенческий роман, а на последних страницах перешедший в ужастик, не давал ей покоя.
— Что же делать? — наверное, раз в двадцатый спрашивала она.
Ответить на этот вопрос я не могла. Мы ждали Велеславу, которая обещала прийти, — я посмотрела на часы, — да, еще полчаса, и она должна подойти.
— Знаешь, я решила — если тебе так уж нужно спасать тот мир, — как только ты найдешь способ туда перебраться, я отправлюсь с тобой, — вдруг решительно заявила сестра. — Разберемся со твоими делами — и вернемся, укажешь на похитившего тебя демона — и всё. Домой. Нечего тебе там постоянно в какие-то заговоры и авантюры влезать. Ты пойми — один раз от смерти спаслась, возможность полноценной жизни получила — так и нечего опять нарываться. Жить надо, а не по кустам от опасностей прятаться. Пойду с тобой и прослежу, — поставила точку в своем выступлении сестрица.
Я вздрогнула. Пойдет и проследит! Интересно, как она себе это представляет? У меня даже на то, чтобы просто с кем-то оттуда поговорить — и то сил недостаточно. А переносить людей, помимо себя? И даже, если получится, что она будет там делать? Я же не смогу сказать, вот, познакомьтесь: Алька, моя сестра! Там для всех она будет просто человеком, без магии и профессии. Зубы-то в том мире магией лечат, а не бормашиной!
Но через беспокойство и понимание, что это — глупость, пробивалось эгоистическое желание иметь Альку рядом. Мы всю жизнь были вместе и последние полгода дались нам обеим тяжело — единственные родные люди во всем мире оказались раскиданы по разным мирам. Нет, дед принцессы как-то незаметно тоже стал родней некуда, а вот у Али такого тут, конечно, не было.
— Посмотрим, как все получится, — кивнула я. — Но тебе там тяжело придется. Впрочем, — осенило меня, — Марга с Велеславой помогут! Это если мне удастся нас туда перебросить, конечно, — сбавила я тон, вспомнив о небольшой проблемке, стоящей перед нами.
Я так накачалась успокоительным, что даже не вздрогнула, когда, наконец, в дверь позвонили. В коридоре раздались голоса, звук закрывающегося замка, и на кухне появилась Алька, а за ней — сестра Марги.
С недоумением посмотрев на меня, она обратила вопросительный взгляд на Альку:
