Сделав всего пару дюжин шагов, я остановился, задохнувшись от сокрушительного ощущения, сладкого и ужасающего. Меня словно бы захлестнула мощная волна, описать природу которой я не берусь. Ее прикосновение немного походило на электрический разряд, но вибрации, сотрясавшие мое тело, были нежными и осторожными. У таинственной, сокрушительной силы, взявшей меня в оборот, не было намерения отнимать мою жизнь. Кажется, она просто решила приветливо поздороваться.
От неожиданности я открыл глаза и обнаружил, что все уже случилось. Я был на Темной Стороне Ехо.
– Так быстро! – изумленно сказал я вслух. – Вот здорово!
Я обрадовался успешному исходу эвакуации своего драгоценного тела за пределы внезапно взбунтовавшейся реальности и напрочь забыл, что настоящая битва еще и не начиналась. С минуты на минуту мне наверняка следовало ждать в гости грозного и, увы, куда более проницательного, чем мне бы хотелось, сэра Джуффина Халли, который, вне всякого сомнения, не даст мне просто так выйти из игры.
Но в тот миг я и думать не мог о каких-то дурацких битвах со спятившим шефом. Меня окружало сияющее великолепие Темной Стороны, загадочного места, которое – сейчас я знал это без тени сомнения – было моим настоящим домом, моей истинной родиной, какой бы ужасающий смысл ни скрывался за этим банальным определением.
Некоторое время я просто бродил по улицам Темной Стороны Ехо. С благодарной улыбкой вдыхал свежий, густой, как туман, прохладный, как милосердная рука целителя, воздух. Всем телом дрожал от наслаждения – когда знаешь, что каждый твой вдох может стать последним, самые обыденные ощущения воспринимаются с ошеломляющей остротой, а уж ощущения человека, прогуливающегося по Темной Стороне, обыденными не назовешь даже при куда менее драматических обстоятельствах.
Разумеется, этот невыносимый кайф не мог продолжаться вечно. Время текло и здесь, медленно, но неумолимо, и мне не удалось ни вырваться из его потока, ни даже нырнуть поглубже. Поэтому в какой-то момент поток времени вынес меня на побережье – туда, где свершаются события. Впрочем, на этом побережье, именуемом «Здесь-И-Сейчас», события не просто свершаются, они имеют значение, и от этого никуда не денешься.
– Сэр Макс, ты что, решил поиграть со мной в прятки?
На Безмолвную речь эта насмешливая реплика Джуффина совершенно не походила. Создавалось впечатление, что голос моего всемогущего шефа звучит отовсюду. Доносится из плотно запертых окон домов, стекает с древесной листвы и даже льется сверху, с упоительного лилового неба Темной Стороны. Надо признать, этот слаженный хор звучал вполне зловеще. Сэр Джуффин Халли всегда был признанным мастером спецэффектов, а уж после знакомства с достижениями кинематографа он довел это искусство до совершенства.
– Что ж, очень мило и вполне в твоем духе, – беззаботно заметил Джуффин. Сделал эффектную паузу и добавил: – Только немного несвоевременно, ты не находишь? Ты бы лучше вернулся в Дом у Моста. Веселье вот-вот начнется. Неужели ты всерьез вознамерился отсидеться на Темной Стороне?
– Ага, – угрюмо откликнулся я. – Именно что «вознамерился». Такое удачное слово.
– Ну, извини, что приходится вносить коррективы в твои планы, дружок. – Кажется, шеф пребывал в столь лучезарном настроении, что испортить его было совершенно невозможно. – Видишь ли, сейчас ты мне нужен именно в Ехо, а не где-нибудь еще. Возвращайся, Макс. Ты же не любишь принуждение, верно? Хороши мы оба будем, если мне придется тащить тебя за шиворот, а ты станешь пронзительно визжать, да еще и вырываться.
Я невольно улыбнулся, представив себе сие дурацкое зрелище. И тут же подумал, что это, наверное, самая последняя из бесчисленных улыбок, потревоживших мои губы по милости сэра Джуффина Халли. Хоть траурный марш по этому поводу заказывай.
– Сами знаете, что по своей воле я не вернусь, – сказал я, внутренне содрогаясь от ужаса.
Как ни крути, а до сих пор мне еще никогда не доводилось ссориться с Джуффином. Видит бог, я бы предпочел прожить жизнь, так и не обогатившись столь ценным опытом. Но меня никто не спрашивал, к сожалению.
Я остановился, почувствовав, что силы оставляют меня, и прислонился спиной к причудливому стволу одного из деревьев, сияющему тусклым, но теплым оранжевым светом, как оживший янтарь. Удивительное дело: я сразу почувствовал себя лучше. И ноги больше не подкашивались, и колени не дрожали. Я почти успокоился и понял, что обязан своим исцелением дереву. Оно великодушно поделилось со мной своей силой, так что теперь я мог позволить себе роскошь оставаться упрямым до самого конца и еще какое-то время после.
– Ну, если тебе непременно приспичило подраться, я к твоим услугам, – объявил Джуффин. – Зря ты это затеял, Макс, – добавил он. – Ты, конечно, многому успел научиться за последние годы, но я тебе пока не по зубам, прими соболезнования.
