Нас непрерывно обстреливают и штурмуют. Пока внешний обвод держится, но форты уже сильно повреждены. Разбит дом Вэру, хотя это наименьшая из наших потерь. О Хаосе пишу с трудом, - это была наша последняя надежда. А теперь... Там погибло больше тридцати тысяч файа и людей, а ещё больше помешалось. Остальные болеют или испуганы до смерти. Снарядами разбиты антенны, - связи почти нет, однако я узнал, что Анмай сделал ради нас. Но... если бы не Хьютай - он не сделал бы такого! Ей мы все обязаны жизнью. А она по-прежнему не хочет возвращаться! Может, её испугало, что ради неё невозмутимый Анмай пожертвовал всем - собой, своим делом, товарищами? Не знаю. Она ходит такая печальная, что я не решаюсь заговорить с ней. Вэру не легче. Ведь он сознательно подставил под удар Хаос!
Впрочем, он объявил, что катастрофу вызвали вредители, которые тоже погибли; и правильно, по-моему. Изменники, уже мертвые, не так пугают файа и людей, как возможность новой трагической ошибки. Уже то, что он один выжил, помогает ему. Теперь он единственный лидер на плато, - от Совета осталась едва треть, Управляющая, Олта Лайту, погибла, с ней - все ведущие ученые. Мятежники вокруг плато уничтожены полностью. Это хорошо, потому что бойцов-истребителей на Хаосе уже не осталось. Здесь мы ещё долго продержимся, но что толку - надежды у нас уже нет".
Ну, вот и всё. В качестве крепости Цитадель протянула всего пятнадцать дней. У нас вышли все снаряды, наши орудия молчат. Все форты захвачены, в наших руках осталась сама Цитадель и подземелья, но и в них уже проникает враг. Идет подземная война - без особых успехов у обеих сторон. Враг то и дело через взорванные входы вторгается внутрь, но его встречают истребители и ополченцы. В этой коридорной войне потери одинаково велики и у нас, и у них. Каждый день гибнет 500-600 бойцов. Сейчас у нас осталось 1600 файа из товийского истребительного отряда и 25 тысяч ополченцев, 15 тактических ракет (с обычными боевыми частями), 15 ЗРК. У нас есть еда и боеприпасы, мы можем держатся ещё месяцы, только это бессмысленно. Больше половины из наших шестидесяти тысяч - это дети и я не могу приносить их в жертву бессмысленной обороне. Цитадель придется оставить, - разумеется, не Уэрке и его мстителям. Мы выйдем через северный туннель к второму форту, а потом попытаемся добраться до Хаоса. Я понимаю, это почти безнадежная затея - в кромешной тьме, при температуре -350 пройти тысячу миль, но... у нас нет выбора. Если мы останемся здесь, нас перебьют, самое большее, за несколько недель. А так - кто-нибудь спасется...
Я буду писать, как командир. Итак: завтра мы все выйдем, точнее выедем к второму форту. Не знаю, сколько уйдет времени, чтобы вывезти шестьдесят тысяч файа и людей, даже используя все вагоны, которые мы сумели найти. Наверно, несколько часов. Затем нам предстоит нелегкий тридцатимильный переход к востоку, к железной дороге. Там мы двинемся на север - по крайней мере, заблудиться мы не сможем. Конечно, пройти тысячу миль по радиоактивной пустыне пешком нельзя - из Хаоса обещают прислать поезда. Что выйдет из этой затеи - неясно. Мятежники повсюду, железная дорога разрушена во многих местах, - нам придется восстанавливать её и отбиваться. Хаос попытается помочь нам, чем сможет, но сил у них теперь очень немного. Вся авиация парализована, а наземная техника сможет помочь лишь когда мы подойдем достаточно близко, в лучшем случае, в Остсо.
Что нас ждет там, если мы дойдем до плато? Правда, население Хаоса уже не вдвое больше расчетного, но пищи всё равно не хватает... Впрочем, это неважно. Вэру сумел спасти от разборки про-Эвергет, - он говорит, что если правильно настроить его управление, оно будет компенсировать вызвавшие катастрофу аберрации. Для этого нужно только составить нужную программу, чем они сейчас и занимаются. Ему больше всех досталось от про-Эвергета - и он же убедил всех продолжить работы. Как? Я не знаю. Война превратила его в настоящего вождя - из тех, за кем идут, не оглядываясь на павших...
Мне пора спать. Прежде, чем мы покинем Цитадель, Хьютай включит взрывной привод термоядерного устройства. Его мощность - 80 мегатонн. Крепость, вместе с засевшими вокруг мятежниками, испарится. Свои записи я возьму с собой. А всё, что мы создали, будет ждать нас на глубине мили, на сороковом подземном ярусе. И мы обязательно вернемся!"
* * *
Они остались вдвоем в бункере Цитадели. Все операторы уже покинули свои посты и теперь ожидали их у последнего поезда. Хьютай с отстраненным видом сидела у пульта управления бомбой, Найте - возле неё. На главном экране видеосвязи, среди новых операторов Центральной, сидел безмолвный Анмай Вэру. На боковом экране появилось усталое лицо Ирауса Лапро, командира четырнадцатого истребительного отряда и фактического заместителя Найте.