- Это пока некуда, а потом появится. Не сутками же вам дома сидеть! - хотя, как признался себе самому Ашай, он был бы не против подобного расклада. - Так что?
- Ладно, если куда соберусь без вас - скажу.
Итогом разговора стала еще одна сережка, но уже с функцией телефона: сжал ее большим и указательным пальцами, назвал контакты собеседника и можешь разговаривать или сообщение посылать, если абонент занят и не способен в данный момент ответить.
А сейчас Соня сидела ‘на чемоданах’ в одном из четырехместных кораблей, напоминавшем своим обликом пчел. Он был таким же черно-желтым, с прозрачными жесткими крыльями по бокам и мерным, гудящим шумом двигателя, похожим на жужжание.
Настроение у нее с самого утра упорно стремилось к нулю.
Во-первых, лететь им предстояло не вдвоем, а втроем. И третьим - Соне хотелось добавить ‘лишним’! - оказался отец Ашая. Во-вторых, впереди маячила грустной перспективой обещанная встреча с махарой, которую девочка не любила заранее.
Соня настолько глубоко ушла в свои мысли, что совершенно не заметила двух подошедших к маленькому кораблику-пчеле шай-ти - очнулась, только когда экран-стекло начал сворачиваться в квадратики, давая возможность гостям сесть.
- Как ты, мой свет, не слишком скучала? - в голосе у Ашая звучали тепло и забота. Его спутник же, заметив девочку, брезгливо скривил тонкие губы.
- Нет, все отлично, - быстро найдя под приборной панелью свои туфли и перебравшись на заднее сидение, ответила Соня. - У меня было чем заняться.
- Хорошо, - и совершенно иным тоном, холодным и отстранено-безразличным, Тай-до-рю обратился к стоящему рядом Яшэ. - Отец, ты впереди.
Соня с трудом подавила в себе фырканье: больше всего Яшэ Ли напоминал Соне надувшегося гордого индюка. Разве что шай-ти не краснели, они фиолетовыми становились.
Ей внезапно безумно захотелось есть. От нервов, не иначе. Сейчас Соня согласилась бы даже на те кислые ягоды, которые вечно жевал по вечерам Ашай. Она пробовала их всего раз - потом целый день пыталась чем-то перебить впечатления от знакомства.
Местную еду Соня в принципе могла охарактеризовать одним словом - слишком. Сладкая, соленая, острая, горькая - и все с подобной приставкой. Инопланетные блюда приходилось пробовать понемножку, иногда спешно запивая заранее приготовленной водой, попутно объясняя недоумевающему Ашаю, что именно ей не понравилось. Зато постепенно составлялся список того, что можно было есть без изменений в составе, а что больше не брать в рот ни за какие сокровища мира.
За мыслями об особенностях местной кухни незаметно прошла вся дорога.
На пороге трехэтажного, изукрашенного лепниной и наружными винтовыми лестницами, дома их уже ждала шей-ти. От нее веяло холодом и льдом, душным презрением к входящим.
Ашай чуть заметно поморщился, надломив брови.
Соню он сам достал из корабля да еще и помедлил некоторое время, прежде чем спустить с рук и поставить на землю. Она хотела было даже возмутиться - нашел маленькую девочку! - но посмотрела в застывшее лицо Ашая и отступила. Пусть держит сколько надо. Если ему так спокойнее, то кто она такая, чтобы спорить? Особенно на явно вражеской территории.
- С возвращением, тьма. Сын.
Шей-ти чуть прикрыла глаза, буквально на пару сантиметров наклонив голову вперед. Наверное, сильнее не позволяли гордыня и возмущение - подумала Соня, разглядывая Атли-э, махару Тай-до-рю. А то переломит же, как сухую ветку.
И Соню совершенно не волновало, что все окружающие прекрасно слышали ее отношение и эмоции.
Ашаю очень не повезло с родителями.
- Благодарю, свет.
- Махара.
Они заговорили почти одновременно. Только в голосе Яшэ звучало еле слышимое торжество, тогда как в тоне Ашая была спокойная отстраненность. И именно он удостоился неприязненного взгляда.
Соне отмерили фунт презрения напополам с гневом. Конечно махара Тай-до-рю не могла не узнать за столько времени, что свет ее сына - калека. Яшэ Ли первым и рассказал.
- Прошу в дом. Обед уже на столе.
Соня вздохнула: аппетит у нее внезапно пропал начисто.
- Соня, пойдем, - взял ее за руку Ашай и мягко потянул за собой. - С тобой ничего не случится. Ты мне веришь?
Она верила. Ему одному и верила, безрассудочно и безоговорочно.
И тогда, в Зверинце, он пришел за ней. Хотя она и была ему никем. И потом - не отказался.
А она пообещала ему не бояться.
- Да, - и покрепче сжала ладонь своей тьмы.
Соня шла вперед будто сквозь вязкий кисель. За какой-то десяток шагов, что разделяли их от порога, она устала так, что ей хотелось только лечь, закрыть глаза - и не открывать их месяц.
Правую ногу свело острой судорогой, противно начала ныть спина, а голову обхватило стальным обручем - полный комплект за исключением простуды!
Соня провела тыльной стороной ладони по лбу, подняла глаза и наткнулась на колючий взгляд махары Тай-до-рю.
