Если бы до этого дошло, то дела Хэвви были бы плохи, во всяком случае, куда хуже, чем он предполагал. Карие глаза могли обмануть профессионального шпика не в большей степени, чем они обманывали ее, Джедрик. Поэтому она и решила, что Хэвви станет ключом к Стене Бога – то есть средством доступа к Джорджу К. Макки. Хэвви сам обратился к ней в своей тяжелой и неуклюжей заговорщической манере: «Окраина хочет заслать нового агента. Мы думаем, что вы могли бы…»
Любые данные, которые он раскрывал, каждый вопрос, на который он отвечал с подкупающей прямотой, лишь усиливали напряжение, удивление и воодушевление.
Джедрик думала об этом, приближаясь сейчас к Хэвви.
Он почувствовал ее приближение, поднял голову и посмотрел на нее. По его лицу пробежало узнавание и нечто неожиданное – внимание. Он закрыл книгу.
– Вы сегодня рано.
– Я же сказала, что приду раньше.
Ее сильно нервировала эта манера Хэвви. Будила старые сомнения и подозрения. Оставалась одна-единственная тактика – нападение.
– Только жабы не меняют свои привычки, – сказала она.
Хэвви метнул тревожный взгляд вправо, влево, а потом посмотрел в глаза Джедрик. Такого поворота он не ожидал. Это был слишком большой риск для водителя: у электора везде установлена подслушивающая аппаратура. Реакция Хэвви сказала Джедрик все, что ей надо было знать. Она ткнула пальцем в сторону машины:
– Поехали.
Он положил книгу в карман и открыл ей дверь. Движения его были, пожалуй, слишком резкими. Пуговичная петля его зеленого полосатого рукава зацепилась за ручку двери, и Хэвви суетливо и неловко высвободился.
Джедрик скользнула на место пассажира, и ее водитель сильно захлопнул дверь. Он нервничает. Это неплохо. Хэвви сел слева от Джедрик за панель управления и обернулся к Кейле:
– Куда?
– Домой.
Немного поколебавшись, Хэвви активировал механизм и снял скиттер с крюка. Автомобиль пришел в движение, скользнул вбок и покатился вниз, на улицу.
Когда они выехали из парковочной башни – еще до того, как отцепился захват, и Хэвви включил двигатель машины, – Джедрик решила, что не будет оглядываться. Корпус связи стал частью ее прошлого, грудой серо-зеленых камней, стиснутой со всех сторон другими зданиями, между которыми прогалины заполнены скалами и рукавами реки. Эта часть ее жизни навсегда осталась в прошлом. Все было сделано очень чисто. Надо освободить голову для того, что ждет ее впереди, – а впереди ее ждет война.
Нечасто случалось, что военная сила сама поднималась из глубин досадийских масс, чтобы найти свое место в силовых структурах. Сила же, которую она высвободила, нагонит страх на миллионы. Боялась она очень немногих людей, и первым среди них был Хэвви.
Он вел машину умело, без блеска, но вполне адекватно. Тем не менее, костяшки пальцев, которыми он сжимал руль, побелели от напряжения. Но она знала, что сам Хэвви напрягает мышцы, – не какое-то злокозненное создание, которое может играть злые шутки с плотью досадийцев. В этом заключалась польза Хэвви для Джедрик, и в этом же заключалось его падение. Он был рожден с досадийским изъяном, он был испорчен – телесно и духовно. Это недопустимо в контакте с Макки.
У Хэвви было достаточно оснований бояться Джедрик. Она сама позволила созреть этой его эмоции, пока внимательно смотрела на то, что происходило снаружи. Машин было мало, но все они были бронированными. Виднелись жерла пушек и угадывались прячущиеся в тени глаза стрелков. Все это выглядело совершенно нормальным, но для побоища время еще не настало – рано было издавать боевой клич.
Первый КПП они миновали без задержки. Хорошо обученные и вышколенные солдаты с показной небрежностью окинули взглядом машину, посмотрели идентификационные браслеты пассажира и водителя и пропустили их. Обычная рутина.
Когда они выехали за первое кольцо стен, улицы стали шире и просторнее. По бокам от дороги росли деревья – ядовитые, но красивые. В тени листья казались фиолетовыми.
Земля под кустами блестела от капель разъедающего масла. Распыление таких капель было одним из средств защиты территории. Досади могла многому научить тех, кто хотел учиться.
