– По существу, если не номинально, это вполне возможно.
– Вы же были моим советником.
– Вы хотите спровоцировать насилие в отношениях между нами, чтобы Джедрик погрела на этом руки?
– А-а… – понимающе протянул Брой.
Вот оно что! Гар не является участником мятежа Джедрик. Гар боится Джедрик больше, чем Броя. Такой поворот дела требовал осторожности. Гар был не из тех, кого легко запугать. Что ему известно о Джедрик, чего не знает Брой? Но сейчас нужно было подумать и о компромиссе. На все остальные вопросы можно будет поискать ответы потом.
– Вы остаетесь моим главным советником, – принял решение Брой.
Это было приемлемо. Гар выразил свое согласие кивком головы.
Тем не менее, этот компромисс вызывал чувство дискомфорта в пищеварительных узлах Броя. Гар понимал, что Брой вылезет из кожи вон, чтобы выяснить причину его страха перед Джедрик. Понимал Гар также и то, что электор не пожалеет сил, только бы нейтрализовать проект строительства нового города. Но Брой не знал всех масштабов заговора, останется множество обстоятельств и замыслов, проникнуть в которые ему не удастся. Невозможно принимать эффективные решения, не имея на руках достаточно надежных данных. Гар выдал кое-какую информацию, но не получил ничего взамен. Это не очень на него похоже. Или это было просто верное понимание того, что происходит сейчас в городе? Брой осознавал, что здесь нужно копнуть глубже, а для этого придется как наживку использовать какие-то верные сведения. Придется рискнуть и немного пооткровенничать.
– Недавно в кварталах зарегистрировали всплеск мистических настроений среди говачинов.
– Не стоит испытывать на мне весь этот религиозный вздор!
Гар был по-настоящему зол.
Брой с трудом скрыл удивление. Гар, следовательно, не понимает (или не принимает), что Бог Занавеса иногда провоцирует всплеск иллюзий у своего стада, что Бог глаголет истину своим помазанникам, а иногда даже отвечает на заданные Ему вопросы.
Они поняли гораздо больше, чем воображает себе Гар. Бахранк говорил правду. Джедрик, вероятно, осведомлена о проекте нового города Окраины. Возможно, она хотела, чтобы Брой узнал об этом плане, и использовала Гара для раскрытия замысла. Если Гар это понимал, то становится вполне объяснимой причина его страха.
Да, скорее всего это верный ответ, потому что полностью ясно одно:
Люди всегда находят оправдания своим действиям. Застывший и неподвижный Закон представляет собой весьма удобную структуру, в которой можно располагать любые оправдания, подпитываемые предрассудками. Единственный универсально приемлемый Закон – тот, в котором предусмотрены все без исключения оправдания. Но это очевидный вздор: Закон должен вскрывать предрассудки и оспаривать оправдания. Он, таким образом, должен быть гибким и приспосабливаться к новым потребностям. В противном случае он просто становится орудием оправдания сильного.
После отъезда Бахранка Макки потребовалось несколько секунд для того, чтобы восстановить способность к трезвому мышлению. Над ним со всех сторон высились массивные громады зданий, однако в одной из щелей между этими гигантами Макки увидел серебристое солнце, посылающее закатные лучи узкой улице. Каждый предмет отбрасывал резкую отчетливую тень, что усиливало впечатление от бурлящего движения человеческого водоворота. Макки не нравилось, как смотрят на него эти люди: казалось, они, глядя на него, оценивают возможную выгоду.
Макки протолкнулся сквозь толпу к сводчатому входу, стараясь незаметно осмотреться. Проработав много лет в Бюро, пройдя всестороннюю подготовку, он стал специалистом высочайшего класса, великолепно понимающим особенности всех видов сознающих существ. Теперь надо было во что бы то ни стало мобилизовать эти знания, понять тайные механизмы, управляющие поведением этих людей. К несчастью, его опыт был богат знанием и того, что может натворить один вид с другим, – не говоря уже о том, что вид может натворить с самим собой. Люди вокруг него сбивались в толпу, способную взорваться в любой момент.
Готовый в случае необходимости постоять за себя, Макки спустился по короткой лестнице в прохладную тень, где было меньше людей, но зато была сильнее вонь от гниения и плесени.
