Но если бы они были, это означало бы, что сущность, которая возникла как карикатура реальности и которой для поддержания требовалась вся мощь и изощренность JEVEX, приобрела внутреннюю глубину и сложность, необходимые для того, чтобы стать реальностью и существовать независимо в своих собственных правах. Хант не мог понять, как это возможно. Пиноккио мог бы ожить и работать без ниточек в сказке; но жизнь в реальном мире зависела от структуры и организации, намного более сложной, чем у любой марионетки.
Кукла была сделана так, чтобы выглядеть как живой организм, который двигался изнутри, но на самом деле она управлялась силами, приложенными снаружи. Аналогично, куклы JEVEX были симуляциями жизни, оживленными манипуляциями JEVEX. Но если Никси и человек, которым стал Баумер, были такими реальными, какими их считал Хант, они могли функционировать только благодаря врожденной сложности структуры, которую JEVEX никогда бы туда не вложил. И такая сложность возникла только спонтанно, в течение длительного периода времени, путем эволюции в реальном, физическом мире.
Что, конечно, было абсурдом…
Если только «реальный, физический мир» не означал что-то иное, чем то, что все знают.
Эта мысль заставила Ханта потратить много времени, спрашивая себя, что он имел в виду. Это напомнило ему разговор с Джиной в его квартире дома, когда она задала ему похожий вопрос. И его ответ был таков, что все «там» сводится к фотонам и другим квантам энергии, а также нескольким простым правилам, регулирующим способы их взаимодействия друг с другом.
Пакеты атрибутов. Связки чисел, скачущие вместе, дрейфующие в океане координат…
Числа и координаты, указывающие… что?
Никто не знал. Это могло быть что угодно.
Но вся «реальная» вселенная произошла из нее.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
Ганимейские специалисты по коммуникациям Родгара Джассилейна вместе с работавшим с ними Дунканом Уоттом раскрыли техническую загадку, касающуюся остаточного ядра JEVEX, которое продолжало работать: его было недостаточно для поддержки того объема трафика, который, казалось, должен был быть указан после оценки и учета масштабов операций Achene на черном рынке.
Макартур, евленец, которого Шиохин не смог убедить лазерной демонстрацией, и который уже быстро поднимался в движении пурпурной спирали, был сравнительно новым парнем на сцене, пробудившись как аятолла только с того времени, как JEVEX был приостановлен. Были и другие, и ганимейцы анализировали цифры известных случаев и слухов по всей планете, пытаясь приблизительно подсчитать общее количество. Другие источники, включая цифры, почерпнутые из неофициального прослушивания ZORAC коммуникационной сети Шибана, дали цифру для уровня заболеваемости, выраженную как количество событий «одержимости» на тысячу часов воздействия пользователя — статистика риска, которую хена определенно не хотела бы делать общедоступной. Экстраполированная на всю планету, эта цифра дала меру размера всей операции черного рынка. Известные рабочие характеристики VISAR позволили выразить это в терминах системной мощности, необходимой для ее поддержки. Однако если к этому добавить официально санкционированные операции по изучению и обслуживанию архивов, то общая указанная нагрузка окажется намного больше, чем могло бы выдержать остаточное ядро JEVEX.
Результаты, казалось, говорили следующее: либо JEVEX был намного больше, чем признали евленцы; либо там действовал другой объект, существование которого никогда не было раскрыто. Заинтересовавшись, инженеры Ганима, которым помогали некоторые из более сотрудничающих евленцев, начали тихо проводить программу детальных проверок и испытаний на участках, где располагались основные узлы и операционные центры сети.
Каллен решил навсегда перевезти Джину из Гирбейна в PAC. Ему не нравилась мысль о том, что она будет там одна, теперь, когда он увидел людей, с которыми был связан Баумер. Соответственно, Джина позвонила в Best Western, чтобы прекратить свое пребывание, и договорилась, что позже в тот же день выедет с Лебански и Кобергом, чтобы забрать свои вещи.
Чуть больше чем за час до отъезда Джине позвонила женщина, представившаяся как Мэрион Фрейн, тоже с Земли и остановившаяся в BW. Она прочитала и получила удовольствие от всех книг Джины, сказала она, и поинтересовалась, может ли она оставить пару на стойке регистрации, чтобы Джина могла подписать. «Большое спасибо. Ты, наверное, не помнишь, но мы однажды коротко виделись на вечеринке в Лиссабоне», — радостно пролепетала она, когда Джина согласилась.
