Всеобщая история. полностью

В речи Клигена важно различие, устанавливаемое между меньшими городами и большими: первые соединились с олинфянами на условии общности законов и политических учреждений, следовательно, слились с ними в одну республику, Олинф; они привлечены к союзу скорее всего увещанием. Не об этих уже городах и хлопочут перед спартанцами аканфские и аполлонийские послы, но о некоторых городах более значительных, примкнувших к Олинфу по принуждению, под угрозою и возмещенных за присоединение к союзу правом брака и приобретения земельной собственности. Политически они оставались независимы, но гражданская обособленность их терялась; олинфские политики могли считать эти меры обещающими в дальнейшем полное политическое слияние. Разницу в положении больших и малых халкидских городов, опускаемую новыми историками, необходимо иметь в виду и для понимания совершавшегося здесь процесса объединения, и для верной оценки позднейших известий о халкидском союзе. Из речей Демосфена мы узнаем, что, во-первых, ко времени наступательных действий Филиппа (351—348 гг. до Р.X.) Олинф стал вдвое многолюднее, чем был за тридцать лет с небольшим до того: вместо 400 человек собственной конницы у него было теперь 1000, а общее население его возросло из 5000 до 10 000 человек с лишним⁵⁵*. Население города увеличилось больше всего благодаря новым поселенцам на правах полного гражданства, — то же, что было с Афинами после слияния Аттики в единое государство. По свидетельству Страбона, значительная часть жителей халкидских городов переселилась в Олинф⁵⁶*. Во-вторых, оратор отмечает факт слияния всех халкидян в одно союзное государство, чего, говорит он, не было в то более раннее время, когда Аканф и Аполлония противились образованию единого союзного государства. Под синойкизмом большинства, а не всех халкидян мы должны разуметь равенство упомянутых выше гражданских прав и общность некоторых учреждений, соединявших халкидян с Олинфом скорее в военный и гражданский, чем в политический союз. В числе 35 городов, разрушенных Филиппом в 348 г. до Р.X., называются по именам только Олинф, Мефона и Аполлония⁵⁷*. Аканф, остававшийся независимым от Олинфа, уцелел во время этого разорения. Большинство названий погибших городов неизвестно; наверное, многие из них по мере уплотнения халкидского или олинфского союза низошли до положения поселков или демов, не имевших отдельных от Олинфа правительственных учреждений, должностных лиц и даже имен. Таким образом, в системе халкидских государств необходимо различать троякое течение: одни из городов стремились сохранить до конца политическую независимость, другие соединялись с Олинфом на правах союзников, третьи сливались с Олинфом в одну политическую общину, не утрачивая названия города. Эти главным образомгородаимел в виду и Демосфен, когда убеждал афинян помочь Олинфу, дабы спасти города олинфянам. Поэтому, говоря о синойкизме всех халкидян, Демосфен мог называть Олинф, хотя и не без риторического преувеличения, главою союза всех окрестных жителей. О том же времени этолийский оратор у Полибия выражается так: «Был некий союз эллинов на Фракийском побережье из колонистов афинских и халкидских; из колоний наиболее славною и могущественною был город олинфян». Непонятная неопределенность и разнообразие в союзных отношениях отразились на употреблении имен «халкидян» и «олинфян». По справедливому замечанию Шефера, «фракийские халкидяне», упоминаемые Дионисием Галикарнасским по поводу посольства олинфян и других халкидян в Афины, обозначают Олинф с прочими союзными городами Халкидики⁵⁸*; с другой стороны, под именем «олинфян» разумеются и жители других частей Халкидики⁵⁹*. Нам кажется, при таком только понимании возможно примирить несогласные, по-видимому, свидетельства древних о халкидском союзе⁶⁰*.