Другой аналогичный пример сознательного стремления к союзу также на основе демократических учреждений представила около того же времени Аркадия, дольше и вернее других частей Эллады сохранившая первоначальный способ жизни отдельными поселками или небольшими союзами их в пределах наиболее родственных и близких членов племени. Полибию, просвещеннейшему эллину II в. до Р.X., постоянные занятия аркадян казались грубыми, нравы их слишком суровыми, дикими, нуждающимися в смягчении музыкою. По свидетельству Страбона, Мантинея, Тегея, Герея образовались поздно из самостоятельных первоначальных деревень. В историческое время жители отдельных небольших поселений выступали под именами своих деревень, чем свидетельствуется политическая самостоятельность сих последних: так, в списках олимпийских и пифийских победителей значились сусийцы, мефидрии, дипейцы, уроженцы незначительнейших поселений в области меналийцев61*; те же имена, иногда с прибавлением «аркадяне», употребляются у Ксенофонта наряду с орхоменцами, жителями большого аркадского города. С другой стороны, топографическая и племенная близость поселений установила обычай этнических наименований для различных частей Аркадии согласно свидетельству Страбона о нескольких племенах аркадян: азаны, паррасии, меналяне, эвтресии, эгиты, кинуряне62*. Эта же самая близость, а равно сходство в образе жизни, нравах и понятиях более всего другого объясняют относительную легкость образования Мегалополя, высокую степень патриотизма, впоследствии одушевлявшего мегалопольских граждан, их готовность и пригодность к совместной политической жизни с другими эллинами на положении равного члена союза. Когда в 222 г. до Р.X. спартанский царь Клеомен овладел городом и обещал возвратить его невредимым под условием подчинения Спарте, граждане отвергли его предложение и за то поплатились гибелью отечества63*. Раньше, в 234/233 г. до Р.X., тиран Мегалополя Лидиад добровольно сложил с себя власть и побудил граждан присоединиться к ахейской федерации; сам Лидиад, впоследствии противник Арата, многократно доказал преданность общему делу в звании стратега64*. Родом из Мегалополя были доблестнейшие вожди ахейской федерации: Филопемен, Ликорт, Полибий, равно Аристен, Диофан, Диэй. Еще в VII в. до Р.X. все аркадяне действовали против Спарты общими силами под начальством одного вождя, возведенного, по-видимому, на время войны в звание царя аркадян65*.
Насколько незначительны были вошедшие в состав Мегалополя поселения, видно из того одного, что для образования города в 50 стадий, верст десять в окружности потребовалось до сорока или полные сорок «городов». Степень населенности нового города остается неизвестною; но мы знаем, что при Полисперхонте, в 318 г. до Р.X., он мог выставить 15000 воинов, т.е. имел всего населения 60000—70000 человек66*. Кроме соседних жителей в город могли переселиться и отдельные семейства из городов более отдаленных и значительных, чем и объясняется, что по выбору аркадян должны были наблюдать за сооружением нового города и заселением его, кроме одного меналийца и двух паррасиев, два гражданина от Мантинеи, два от Тегеи и столько же от Клитора67*.
Гораздо раньше Мегалополя образовалась Мантинея из пяти поселений, из девяти — Тегея и из стольких же — Герея; в состав Мегалополя вошел, между прочим, город Триполь, сам сложившийся из трех поселений, которые долго сохраняли за собою первоначальные названия68*.
