На самом деле я не то чтобы хороший следователь. Подозреваю, хуже вообще не придумаешь. Я совсем не хитрый. Тем более, не коварный. И чересчур прямолинейный. И слишком рассеянный, чтобы постоянно держать в голове все детали, до которых следует докопаться. И, в довершение всех бед, невольно сопереживаю всякому, с кем говорю. Играю на его стороне, забыв, что у меня имеются свои интересы. Вопиющий непрофессионализм.
Но всё это, конечно, совершенно не означает, будто я не могу задушевно поболтать со своим соседом Дигораном Ари Турбоном. И спросить его: какого чёрта, Ди?
Ну правда же, какого чёрта.
Но так я вопрос ставить не стал. Вместо этого приветливо улыбнулся, цапнул с блюда остывшую уже котлету, сказал:
– Здорово, что вы дома. А то сэр Кофа сказал, будто вы исчезли прямо у него на глазах, я даже беспокоиться начал – а вдруг и правда? Рад, что обошлось.
– А разве я?.. – начал было Ди. Но тут же смущённо потупился и согласился: – Да, наверное, он прав. Со мной такое бывает.
– Что бывает?
– Исчезаю я иногда, – вздохнул Ди. – Особенно если задумаюсь. То есть это со стороны так выглядит – как будто исчезаю. А сам я при этом ничего особенного не чувствую: иду, думаю о чём-то своём. А потом обычно удивляюсь, как это так далеко забрёл, и сам не заметил. И дороги не помню – в смысле, как шёл.
– Это как? – изумился я.
– Не знаю, – простодушно ответил Ди. – Я же не нарочно это делаю. Само так получается.
Прелестно. Что тут скажешь.
– У нас в Урдере такое порой случается, – вставила леди Лари. – Даже в правилах хорошего тона есть указания на этот счёт: если ваш спутник внезапно исчез во время прогулки, обижаться на него не следует; спросить при следующей встрече, куда он подевался, вполне допустимо, но настаивать на ответе не стоит.
Ничего себе правила хорошего тона. «Если ваш спутник внезапно исчез…» Воистину этот Урдер – страна чудес. А мы живём тут как дураки и ни хрена не знаем.
– Я тоже иногда исчезаю, – вставил Иш. – Не так часто, как Ди, но порой бывает. Хорошо, что вы об этом заговорили! А то я даже не знаю, как лучше: заранее предупреждать новых знакомых, что такое иногда случается, или достаточно будет извиниться потом?
– Лучше заранее, – посоветовал я. – Подобная неожиданность может серьёзно нарушить планы, а это мало кому нравится.
– Мне бы точно не понравилось, – подала голос Базилио. – Я бы потом ещё долго беспокоилась, что как-нибудь не так себя повела, если уж человеку пришлось исчезнуть, лишь бы со мной рядом не идти.
Бедный ребёнок. Всё-таки родиться чудовищем – тяжёлое испытание. И аукаться будет ещё очень долго. Честно говоря, я бы предпочёл услышать, что она время от времени хочет откусить кому-нибудь голову – в конце концов, эта проблема знакома любому из нас и решается хорошим питанием и элементарной самодисциплиной. А вот постоянное опасение кому-нибудь не понравиться – только разговорами. Целыми столетиями задушевных разговоров, и это ещё самый оптимистический прогноз.
– Ты не можешь повести себя «не так», – сказал ей Иш. – Кто угодно, только не ты!
Такой молодец. И все остальные тут же согласно закивали, а леди Лари добавила:
– Ты же чудо расчудесное, светлая головушка! Не знаю, как здесь, а нас в Урдере таких умничек, как ты единогласно выбирают в Большой Урдерский Совет.
Базилио просияла. Всё-таки даже от уменьшительно-ласкательных суффиксов бывает польза. Ещё немного, и я с ними смирюсь.
От смирения перед уменьшительно-ласкательными суффиксами меня спас Джуффин. Видимо сердцем почуял беду и решил вмешаться. Прислал зов и сказал:
«Не знаю, чем ты сейчас занимаешься, но бросай всё и дуй ко мне. Через полчаса мы обедаем с новым послом Чангайской Империи».
Час от часу не легче.
– Вообще-то я не голоден, – сказал я, входя в его кабинет.
– А я тебя что, жрать зову?
– «Обедать» – это и есть «жрать», – заметил я. – Ты не знал?
– Иногда да. Но раз на раз не приходится. Например, обедать с чангайским послом – это, в первую очередь, означает с ним разговаривать. Вернее, с ней. Леди Мариенна Курчан – так зовут эту достойную даму. Она тебе понравится, обещаю.
– И о чём мы будем разговаривать после того, как она мне понравится? – флегматично осведомился я.
– Эй, что с тобой, Макс? – встревожился Джуффин. – Мы расстались всего пару часов назад, и в тот момент у тебя на плечах ещё была голова. Не идеальная, конечно, но вполне неплохая. В ней даже происходили какие-то мыслительные процессы.
– Правда, что ли?
– Точно тебе говорю. Куда ты её подевал?
– Последнее, что я помню о своей голове, – она собиралась взорваться от обилия непонятной ей информации. Но потом, видимо, нашла способ просто отключиться. И таким образом уцелеть.
– Знать ничего не знаю, включай её обратно. И взрывать не смей. Голова тебе пригодится – вот прямо сейчас, за обедом с чангайским послом.
– Но откуда в моей жизни вдруг взялся чангайский посол? Какой смысл в нашей встрече? Если ты хочешь воспитать из меня дипломата…
– Я что, пахну безумием?
– Не знаю. Не забывай, я не различаю этот запах. Нет, правда, зачем я понадобился чангайскому послу?
– Не ты ей, а она тебе.
