– Просто ты – очень могущественный человек, – объяснила она. – И с тобой постоянно происходят всякие невероятные вещи. Что, конечно, само по себе отлично. Но штука в том, что пока я рядом, мне кажется, будто эти невероятные вещи происходят и со мной тоже. Или даже в первую очередь со мной. А это очень опасная иллюзия. Твоя судьба – только твоя. И эта удивительная весёлая сила, переполняющая всякого, кто подойдёт к тебе поближе, тоже только твоя. Просто её так много, что бьёт через край. Ты-то, я уверена, даже не подозреваешь о собственной щедрости, как не подозревает о ней Сердце Мира – оно просто есть. И ты тоже просто есть, со всеми вытекающими последствиями. Быть рядом с тобой и пользоваться этим преимуществом – невероятный соблазн! Уже хотя бы поэтому следовало бы убежать от тебя подальше, как когда-то бежал из Угуланда Магистр Хонна. Уж он-то знал, что делает, отказываясь от могущества Сердца Мира ради того, чтобы обрести собственное. Но не тут-то было, потому что – возвращаемся к первому пункту: с тобой очень хорошо. Совсем надо рехнуться, чтобы добровольно от такого удовольствия отказаться. А я, к сожалению, совершенно нормальная здравомыслящая барышня, всегда такой была. И очень прагматичная, как видишь. Всё понимаю, но свой жирный кусок счастья из рук не выпущу. Совершенно никчемная ведьма, зато личная жизнь удалась, как мало у кого…
– Так, стоп, – сказал я. – По-моему, тебя куда-то не туда занесло. Никчемная ты моя. Скажи ещё, что в буривуха я за тебя превращался. И летал во сне сперва между материками, а потом между Мирами тоже я? И спасал себя совершенно самостоятельно. А…
– Вот я тоже долго думала, что сделала всё это сама, такая молодец, – вздохнула Меламори. – Величайшая ведьма всех времён, можете начинать кланяться. А что повторить фокус потом не удаётся – ну так, наверное, просто по неопытности.
– Ну да, подтвердил я, – так и есть.
– Полная ерунда! На самом деле мои чудесные превращения и полёты между Мирами происходили не со мной, а с тобой, сэр Макс. В смысле для тебя. Они были частью твоей чудесной судьбы, а я – просто инструментом. Подозреваю, даже не самым подходящим, просто ближе всех лежал, под рукой. Так, знаешь, иногда хватаются за нож, чтобы забить гвоздь его рукоятью, потому что лень идти в кладовую за молотком…
– Ну слушай, – сердито сказал я, – это несерьёзно. Можно, конечно, объявить меня центром мироздания и первопричиной всего происходящего, я только за, люблю комплименты. Но от этого твой опыт не перестанет быть твоим.
– Это правда, – согласилась она. – Опыт великое дело. Большая удача, что он у меня теперь есть. Проблема в другом, Макс. У меня не получается уснуть и стать птицей, путешествующей между Мирами, когда это не нужно для твоего спасения. И вообще довольно мало чего получается, будем честны. Без тебя я даже в гости к старине Франку не могу попасть, хотя другим, кто навещал тебя там, это удаётся, я же знаю. Собственно, я даже Тёмным путём до сих пор только по чужому следу могу пройти. А ведь столько лет уже учусь. Столько лет! И никакого прогресса. В магии я, к сожалению, туповата. Ну или мне так просто кажется, потому что я невольно сравниваю себя с тобой. И с той собой, какой становлюсь при твоём участии.
– Ну так моё участие никто не…
Меламори не дала мне договорить.
– Я знаю, – сказала она. – Знаю, что всегда могу на тебя рассчитывать. И если даже завтра мне взбредёт в голову сбежать от тебя с дюжиной новых любовников одновременно, твоя готовность помогать никуда не денется. Ты очень хороший друг и верный человек – по самому большому счёту. Но это совершенно не гарантирует… Впрочем, дело не в каких-то гарантиях. Просто очень глупо будет с моей стороны профукать свою судьбу и положенную мне порцию силы, прельстившись счастливой возможностью стоять в твоей тени.
Я смотрел на неё, совершенно не представляя, что тут можно сказать. Аргументы у меня закончились, а эмоции ещё не начались. И я очень надеялся, что они не станут торопиться. Это было бы очень некстати.
– Всё сказанное, к сожалению, не означает, будто я готова прямо сейчас сбежать от тебя на край Мира, – вздохнула Меламори. – Совершенно не готова. Потому что – снова возвращаемся к пункту первому – с тобой хорошо. А человек слаб, особенно если этот человек я.
– Ладно, – кивнул я. – По крайней мере ты даёшь мне время исправиться. Уже неплохо.
– Как, интересно, ты собираешься исправляться?
– Попробую максимально испортить тебе жизнь. Чтобы легче было сбегать от меня к буривухам, когда окончательно укоренишься в своём безумии. Скорых результатов не обещаю, но буду очень стараться. А потом, пару дюжин лет спустя, ты вернёшься и знатно со мной поквитаешься. Всегда предчувствовал, что умру молодым. И теперь примерно понимаю, при каких обстоятельствах это произойдёт.
Меламори рассмеялась. Ну наконец-то. Не представляю, чем это может нам помочь, но так определённо лучше.
– Можно с вами немножко посидеть? – спросила Базилио.
