– К тому же, мы с Иш заключили сделку, – добавил Малдо. – Если я помогу ей закончить потолок, она вспомнит для меня своё детство в Саллари. И во Дворце Ста Чудес будет совершенно уникальный урдерский павильон. В Урдере вообще почти никто не был, а тут ещё и глазами ребёнка, представляешь?!
Ага. Не так уж его и околдовали. Можно не беспокоиться.
– Хвала свету зримому, у нас ещё осталось Полуночное жаркое и Ледяной Горный рулет. Вы вовремя успели! – сказала леди Лари, вставшая, чтобы поприветствовать нас.
– Ледяной Горный рулет – это что? – встрепенулась Меламори.
Больше всего на свете она любит мороженое и способна распознать его под любым названием. Сердцем видимо чует. Ну или не сердцем, неважно. Главное, чует. И практически всегда угадывает. Вот и сейчас Кадди, чья красота, как я в глубине души опасался, должна была сразить Меламори наповал, метнулся в кухню и вернулся оттуда с огромным подносом, на котором покоилось что-то вроде дубины. Или даже небольшого бревна. В общем, здоровенный брусок какой-то замороженной массы. В итоге, Меламори зачарованно уставилась не на красавчика повара и даже не на синюю птицу сыйсу, следовавшую за ним по пятам, а на содержимое подноса.
– По-моему, это то что надо, – наконец сказала она. И приступила к дегустации. С каждым куском замороженного бревна лицо её приобретало всё более довольное выражение.
Базилио присела рядом и печально уставилась в её тарелку. Меламори сразу всё поняла, пробормотала: «Сейчас, погоди», – и, буквально секунду спустя извлекла из воздуха точную копию своего бревна.
– Извини, что без подноса, – сказала она. – Посуда мне редко удаётся, ты знаешь. Дорогие хозяева, а нет ли у вас случайно чистой тарелки?
Повар Кадди снова побежал в кухню, а леди Лари смущённо заметила:
– Вы, наверное, неправильно поняли, это вовсе не самая последняя еда в доме. Вам необязательно было колдовать.
– Обязательно, – сказал я. – Эта юная леди не может есть обычную человеческую еду. Так уж она устроена.
– Спасибо за вашу заботу, – вежливо поклонилась хозяйке Базилио. – Вышло так, что я – овеществлённая иллюзия. Поэтому, к сожалению, ем тоже только овеществлённые иллюзии. Пожалуйста, не обижайтесь.
– Ну что вы, – всплеснула руками леди Лари. – Конечно нет! Просто мы совсем недавно в Ехо и не успели привыкнуть к местным обычаям. Будем теперь знать, что и такое здесь случается. И постараемся тоже освоить это кулинарное колдовство.
– Я вас научу, – великодушно пообещала Меламори. – Доем и сразу же научу. Это очень просто. У всех получается, кроме разве что Макса. Но я подозреваю, он просто притворяется тупицей, чтобы поменьше работать.
– А можно мне попробовать эту вашу наколдованную еду? – восхищённо спросила Иш, свешиваясь с потолка. – Ужасно интересно!
Мы с Меламори растерянно переглянулись. До сих пор нам как-то не приходило в голову узнать, что будет с человеком, рискнувшим попробовать иллюзорную еду Базилио. Нам и своей, неиллюзорной вполне хватало.
К счастью, на помощь пришёл сэр Кофа.
– Да можно, конечно, – авторитетно сказал он. – Вреда от неё никакого. Правда, и толку не больше. Даже вкуса не почувствуешь. Но если интересно – почему нет? Вперёд! Только поторопись, такая еда существует недолго. Пару минут – и всё, исчезла.
– Чеверяса! – с набитым ртом пробурчала Меламори. – Четверть часа, минимум, – гордо повторила она, проглотив мороженое. – А может быть и больше, посмотрим.
– О, да ты делаешь успехи, – похвалил её Кофа.
Меламори просияла от его комплимента. Она вообще падка на похвалы, когда речь заходит о колдовстве. И способна подолгу хвастаться всяким своим достижением. Меня это раньше всегда смешило. В голову не приходило, что за этим может стоять самая настоящая драма, а не просто желание лишний раз повыпендриваться, как у меня самого.
Я вообще плохо разбираюсь в людях. Особенно в тех, которых люблю. В этом смысле я – какой-то дурацкий наивный варвар, твёрдо уверенный, что пока мы живы, целы и даже не разбросаны по разным концам Вселенной, а вполне себе есть друг у друга, всё у нас отлично. И искренне изумляюсь всякий раз, когда вдруг выясняется, что этого может оказаться недостаточно.
Иш тем временем успела спрыгнуть с потолка, усесться рядом с Базилио, вооружиться ложкой и деликатно отломить от её порции небольшой кусочек иллюзорного мороженого. А потом ещё один. И ещё. Наконец удивлённо заключила:
– А я почему-то чувствую вкус. Примерно такой же, как у нашего ледяного рулета, только, может быть, чуть послаще. Или нет?.. А можно ещё?
– Конечно, – улыбнулась Базилио. – Не стесняйтесь. Всё равно оно исчезнет прежде, чем я успею доесть.
– Ух ты! – восхитилась Меламори. – Это что, у меня настоящая еда нечаянно получилась? Надо же! А ну-ка… Извини, дорогой друг, я не от жадности, а только из научного любопытства, – и тоже полезла ложкой в тарелку Базилио.
Попробовала, нахмурилась, покачала головой:
– Нет, настоящая всё-таки не получилась. Лично я не чувствую ни вкуса, ни холода – вообще ничего.
