Самая главная причина этого состояла в том, что советским войскам не удавалось долгое время создать сплошную и прочную линию обороны, должным образом воспользоваться естественными оборонительными рубежами, и войска противника постоянно пробивали, разрывали оборонительные порядки Красной Армии на флангах и в других слабых местах. Поскольку противник постоянно наступал и пробивал бреши в советской обороне, он вынуждал наши войска находиться в «подвешенном» состоянии, в постоянном движении, очень часто обороняться без надлежащей подготовки инженерных оборонительных сооружений, использования естественных рубежей и преград, прежде всего рек. Очевидно, что находившиеся на незакрепленных и необорудованных рубежах обороны, а тем более в движении, советские войска были весьма уязвимы для нанесения по ним кровопролитных ударов, а особенно рассекающих атак и прорывов, обходов, налетов и рейдов, в том числе по их флангам и тылам. Дезорганизация управления войсками, в том числе и из-за плохой радиосвязи, разрозненность их действий, беспорядочность отходов и других перемещений, плохое снабжение войск и низкая их мобильность – все это было составными элементами причины наших поражений и больших потерь в 1941 году.
Таким образом, вследствие внезапности нападения и последующей беспрерывной череды поражений наших войск советскому командованию долгое время никак не удавалось стабилизировать фронт, создать сплошную прочную линию обороны. В ней постоянно возникали слабо прикрытые фланги и другие участки или вовсе большие бреши, в которые и прорывались более мобильные, хорошо вооруженные и оснащенные войска противника, заставляя наши войска вновь и вновь оставлять оборонительные рубежи или даже окружая их. Не могло советское командование и организовать сколько-нибудь масштабные и результативные контрнаступательные действия, так как из-за почти непрекращающихся поражений, отступлений и окружений, больших потерь и отсутствия достаточных резервов и снабжения, для этого было невозможно собрать и развернуть необходимые силы.
Вследствие этих обстоятельств немцам удавалось много раз окружать крупные группировки советских войск. В «котлы» таких окружений в 1941 году попало до 2 млн советских воинов. Будучи отрезанными от других своих войск и тыла, оставаясь без боеприпасов и снабжения, окруженные в итоге несли колоссальные потери, прежде всего пленными и пропавшими без вести. В дальнейшем таких «котлов» было гораздо меньше и по количеству, и по масштабу, а попадали в них как наши, так и войска противника примерно в равном количестве.
Несколько забегая вперед, здесь следует отметить, что впоследствии, то есть примерно с ноября 1941 года и вплоть до окончания войны, оборонительные действия в этой войне, как и должно быть, сопряжены были, как правило, с меньшими потерями, чем наступательные. Причем это относится к действиям и наших, и немецких войск. Хотя эта разница была не так велика, как во многих предшествующих войнах, ибо уязвимость положения наступавших в этой войне, как правило, с лихвой компенсировалась их большей огневой мощью. Ведь наступающей стороной, как правило, была более хорошо вооруженная и оснащенная армия, а эффект действий в «глухой» обороне был сильно понижен по сравнению с предшествующими войнами мощной авиацией, танками и артиллерией.
Именно с этими обстоятельствами были в первую очередь связаны более крупные в целом потери советских войск в войне по сравнению с немецкими: когда в 1941 году наступали немцы, довольно быстро продвинувшись в глубь советской территории, наши войска не смогли им в силу указанных причин нанести обычные большие для такого рода сражений потери, когда же наступали наши войска, освобождая эту территорию, а затем оккупированные земли других стран и Восточную Германию, то есть находясь в наступлении гораздо дольше во временном и пространственном отношении, немецкие войска сумели нанести им обычные для такого рода сражений большие потери или хотя бы приблизиться к этому.
