Да и другой наиболее вероятный вариант развития событий в этом случае был бы, наверное, для нашей страны ненамного лучше: если бы Германия «дожала» в конце концов Великобританию, завладев ее огромными ресурсами. Впрочем, что произошло, то произошло, и историю вспять не повернешь.
Итак, непосредственную подготовку к войне политические и военные руководители СССР все же вели, как и проводили они определенные мероприятия по усилению боеготовности войск, но, к сожалению, принятые меры не дали всех намеченных результатов до начала войны и оказались в итоге недостаточными. Во-первых, они сами по себе были недостаточными, а во-вторых, далеко не все руководители на местах их выполнили в должной мере.
Таким образом, к числу ошибок в военном планировании и подготовке к войне советского военно-политического руководства можно отнести следующие просчеты и упущения:
1) переоценка собственных сил и возможностей, прежде всего танковых и авиационных;
2) недооценка сил и ресурсов нацистской Германии и намерений большинства государств Европы участвовать в нападении на СССР или так или иначе поддержать ее в этом нападении;
3) неоправданные надежды на коммунистические и другие антифашистские силы сопротивления в Европе, на невозможность германских оккупационных сил привлечь для войны с нашей страной большую часть ресурсов оккупированных стран (характерно, что в числе военнопленных участников войны против СССР весомую долю составляли поляки, чехи, французы и граждане других оккупированных Германией стран, но об этом в советское время не принято было говорить вслух, да и ныне эти упоминания являются, так сказать, не вполне политкорректными) [152];
4) недостаточно удачное планирование строительства оборонительных объектов на границе, недоведение до завершенного состояния большинства вновь начатых строиться сооружений; оборонительные сооружения на старой границе (которая была до сентября 1939 года) были разоружены и в основном запущены, а сооружения на новой границе не достроены, то есть оба оборонительных вала (так называемые линия Сталина и линия Молотова) не стали серьезными препятствиями на пути врага в 1941 году;
5) несбалансированность и некомплект войсковых соединений и частей в личном составе, опытных командирах и специалистах, распыление сил и средств при формировании соединений в надежде на мобилизацию, которые вследствие этого оказались не способными к надлежащему выполнению боевых задач в начале войны и не могли действовать как достаточно слаженные, организованные, единые и цельные боевые структуры;
6) несбалансированность войск и явно недостаточная укомплектованность их техникой, вооружением и иными средствами, проявлявшиеся прежде всего в нехватке автомобилей, тракторов, других тягачей и транспортных средств, средств связи, противотанковых и некоторых иных видов орудий, пулеметов и прочего автоматического стрелкового оружия, боеприпасов и ремонтно-технической базы;
7) отсутствие надлежащих планов по поддержанию в войсках постоянной боеготовности, их способности к быстрому развертыванию, маскировке, организованному и своевременному выходу по тревоге, а также должного контроля за состоянием боеготовности в войсках; в условиях возрастающей опасности неожиданного по времени удара вероятного противника и отсутствия четкой информации о его планах это упущение приобретало чуть ли не решающее значение;
8) неудачно продуманная с точки зрения реально возможного неожиданного удара вероятного противника дислокация войск, аэродромов, складов и других военных объектов в западных военных округах; получилось так, что, с одной стороны, войска не прикрывали должным образом границу и не использовали как следует совпадающие с ней естественные преграды, и их выход к ней был связан с большой потерей времени, усилий, горючего и моторесурса техники, а с другой стороны, многие войска, а также военные и иные важные объекты оказались сразу же под непосредственными ударами противника, не имея возможности их отразить или даже укрыться от них или защитить их.
Здесь можно в основном согласиться с Р. Иринарховым, который писал следующее: «Огромным просчетом наших военных теоретиков и Генерального штаба, в значительной степени повлиявшим на ход приграничных сражений, являлось то, что, по их предположениям, вероятный противник (Германия) первоначально предпримет вторжение на территорию СССР только частью своих сил. Начнутся приграничные сражения, под прикрытием которых и произойдет полное отмобилизование и развертывание основных сил Красной Армии» [153]. И далее он столь же справедливо обращает внимание на то, что в результате просчетов в определении дислокации войск «…основные силы соединений армий прикрытия, находившиеся на некотором удалении от госграницы, уже заранее обрекались на вступление в бой в процессе своего выдвижения на не подготовленных для этого участках обороны» [154].
