«Что вы тут делаете?!» — изумленно воскликнул Рома. Насколько он знал, попасть на 3-й этаж дворца без приглашения нельзя, но все они почему-то всё равно оказались тут.
«Молодой господин, вы ещё не получили высочайшее повеление? Её Величество хочет сделать вас патриархом Клинтонов!» — взволнованно объяснил старейшина. — «Уже сегодня! Уже этим вечером! До церемонии осталось всего ничего!»
«Серьёзно?!» — потрясенно просипел Рома, вскинув брови. Мрачное лицо старшего брата подтверждало то, что все это происходит взаправду. — «Но почему я? Разве Артём не лучше подходит на эту должность?! Он же сильнее…»
Заместитель патриарха прочистил горло и объяснил: «Молодой господин, всё дело в госпоже Юноне. Императрица разглядела в ней безграничный потенциал и решила заранее расположить к себе, сделав вас, её супруга, патриархом. Всё настолько серьёзно, что в документе о вхождении в статус патриарха ваша супруга обязана оставить подпись.»
«Вот оно что… Всё из-за Юноны…» — пробормотал Рома. Он до сих пор не мог оклематься от позорного поражения на турнире, но сегодня его настроение резко взлетело до небес, настолько, что он даже робко улыбнулся. Чего только стоит мрачная харя Артёма! Хрен тебе, а не титул патриарха! И всё благодаря Юноне? Всё-таки не зря он купил свадьбу с ней!
Промелькнуло несколько часов, и наступил вечер — время начала церемонии.
Рома и Юнона встретились в коридоре и в гордом одиночестве молча направились в тронный зал. Супружескую пару никто не сопровождал, что казалось несколько странным.
Наряженный в дорогой официальный костюм парень то и дело искоса смотрел на свою прелестную золотоволосую жену. Она выглядела неотразимо и соблазнительно… Даже слишком!
Девушка была облачена в обворожительное короткое белое платье. Оно держалось на двух тонких лямках, из-за чего обманчиво хрупкие плечики и изящные ключицы красавицы были выставлены на обозрение. А если учесть длину юбки, оставляющую мало простора для воображения, то в голове может возникнуть закономерный вопрос: почему красавица надела столь откровенный наряд на столь знаменательное для семьи событие?
Наконец они попали в тронный зал, приковав к себе всеобщее внимание, особенно Юнона.
Три сотни самых влиятельных людей империи: патриархи, старейшины, руководители многочисленных экономических и производственных отраслей и даже три генерала, один из которых дедушка виновника торжества, и конечно же ненавистный Сруль Булков — прямой ученик императрицы. Но все они создавали куда меньше давления, чем присутствие одной лишь Ланатель. В красно-белых одеяниях монарха она чинно восседала на троне, элегантно скрестив ноги, и окидывая «будущего патриарха» ледяным взором.
Рома поспешно поклонился. Сердце забарабанило о грудную клетку, а поджилки задрожали от страха. Даже перед брачной ночью он чувствовал себя спокойнее. Рядом с кровавой императрицей невозможно не испытывать трепет.
В таком состоянии Клинтон никак не мог заметить, как его жена пристально смотрит на прямого ученика, стоящего тремя метрами правее императрицы со скрещенными за спиной руками.
Под торжественную музыку парочка проследовала к трону, где их ожидал имперский распорядитель. В руках он держал раскрытый документ в охровом переплёте. Обычно его должны подписать доверенное лицо семьи, будущий патриарх и императрица, но в данном экземпляре также необходима подпись супруги будущего патриарха.
Как понял Рома, таким образом госпожа Ланатель даёт девушке понять, что она важна для неё. Женщина явно хочет крепко ухватиться за многообещающего гения — Юнону. Только благодаря своей жене он станет патриархом Клинтонов!
Когда будущий патриарх с супругой подошли, распорядитель зачитал речь, взял клятву верности и попросил оставить подписи.
Сначала документ подписал заместитель патриарха, затем Рома… Все выжидающе посмотрели на прекрасную блондинку, ведь настала её очередь.
Юнона взяла в руку чернильное перо, а затем вдруг положила его назад и, поклонившись императрице, произнесла: «Ваше Величество, я не в праве оставлять подпись…»
Гости зала начали недоумённо переглядываться. Особенно напряглись члены семьи Клинтонов.
{Что это значит, Юнона?!} — хотел спросить Рома, но не посмел вмешаться.
«Почему же ты так считаешь?» — задала вопрос Ланатель величественным тоном.
«Потому что я не могу зваться его женой… У нас даже не было брачной ночи. Я давно полюбила другого… Я полюбила вашего прямого ученика!» — громко и чётко заявила леди, уверенно подняв взгляд, явно гордая своим признанием.
«Что-о-оо-о-оо-о-ооо-оо?!» … «Не может быть!» … «Как это не было брачной ночи?!» … «Но разве Стоуны не должны были соблюсти Токеновый контракт?!» … «Она всегда любила Сруля Булкова?!» … «Но он же выглядит как, кхм-кхм…» — в зале как будто взорвалась невидимая бомба, настолько безумное заявление только что сделала юная леди. Все присутствующие взволнованно перешёптывались.
Каждый член рода Клинтонов густо покраснел от невыносимого стыда.
