— Извини, старик, я подумал, ты ее похитил или вы сбегаете от копов.
— Так и есть, — ответил я, одновременно смеясь и постанывая.
— Больно?
— Ага.
Неожиданно у уха оказался телефон — это Нина его аккуратно прижала.
— Алло?
— Джонс, где тебя черти носят? — зло прорычал Кейдж.
Я поднял голову и глянул на мужчину, который последние несколько минут не давал мне умереть от потери крови.
— Где я?
— Возле «Огден и Мейпл» от «Чейни и Сонз Ресторейшн».
— Окей, — ответил я, уронив голову. — Вы слышали?
— Да, но Брукфилд похож на мировую столицу автомастерских. Мне нужен ориентир.
— Какой ориентир? — спросил я.
— По соседству садовый центр «Цветочный горшок».
— Босс? — проговорил я, потому что разговор быстро превращался в трудную задачу.
— Я услышал. Будем. Где детективы, которые за тобой гнались?
— Не знаю. Надеюсь, не готовят снаружи оружие для штурма.
— Джонс, это не смешно.
— Я... — Звук сирен вместо обычного облегчения вызвал волну страха. — Вы слышите?
— Да. Это я.
Я чувствовал, что теряю сознание.
— Окей. Я буду ждать здесь, тихо истекая кровью.
— Только не вздумай умереть. Сегодня еще все живы. Давай ты не будешь открывать счет.
— Да-с-сэр, — ответил я и повесил трубку.
Телефон сразу же зазвонил.
— Все будет хорошо, — заверил я доброго самаритянина и Нину. — Обещаю.
— Что? — спросил Кон на другом конце.
— Слава богу! Привет, приятель, — поморщился я.
— Теперь я приятель? С каких это пор?
— Где тебя черти носят?
— Я в сарае возле какого-то дома на Вернон-авеню.
— Ты в порядке?
— Я ободрался, пока вылезал через окно, но жить буду. У меня тут енот. Мне совсем не хочется в него стрелять, но если он нападет, то придется. У него же может быть бешенство.
Я засмеялся, поморщившись от боли.
— Заткнись, пожалуйста, а? Позвони боссу, он уже где-то рядом со мной.
— Уже позвонил, — ответил Кон быстро. — Ты говоришь как-то странно. Что случилось?
— Подстрелили.
Тишина.
— Элай?
— Не называй меня Элаем, мать твою. Ты не умрешь.
— Хорошо, — согласился я, хотя со всех сторон начала подступать темнота.
— Увидимся через минуту, — отрывисто кинул он. На том конце послышались слова «федеральный маршал», а потом связь оборвалась. Я с облегчением выдохнул: Кон в безопасности.
Я опустился на холодный бетон.
— О черт, Миро, сядь, — скомандовала Нина ровным голосом. — Ты быстро замерзнешь. Сядь и обопрись на меня.
Но я не отреагировал. Хотелось отдохнуть. Нина была в безопасности благодаря мне, а Кон — потому что попал в сарай для садового инвентаря или инструментов, где за ним охотилась бешеная лесная тварь. Представив себе картинку, я хохотнул.
— Господи, Миро, какой ты холодный.
Но холода я не чувствовал.
— Федеральные маршалы!
Услышав поблизости звуки перестрелки, похоже, прямо за воротами, я шумно и облегченно выдохнул. За несколькими выстрелами последовали еще два. Нужно было предупредить Нину пригнуться, но, когда я попытался заговорить, ничего не вышло.
— Джонс, — послышался гортанный рык босса, и в тот же миг мне на грудь легла большая ладонь. Удивительно, насколько теплой она казалась, и я представил, как наверняка хорошо в его объятиях. — Не вздумай умирать.
Господи, со мной явно что-то не так. Кейдж мне, конечно, нравился, но мое сердце билось только для одного мужчины. Как же он разозлится, когда узнает.
— Босс? — удалось мне выдавить.
— Джонс, не разговаривай, — проворчал Кейдж, а потом крикнул: — Сюда!
— Кон сейчас в сарае.
— Был. Дорси и Райан его забрали.
— Передайте Яну, что я...
— С Дойлом поговоришь сам, черт тебя подери. Держись и заткнись.
Я хотел возразить, но не успел. Отключился.
Глава 9
ОЧНУЛСЯ Я утыканный капельницами. Одна трубка обеспечивала внутривенное питание, вторая накачивала антибиотиками, третья поддерживала водный баланс, а последняя была просто для улучшения самочувствия.
Тем же утром я распрощался со всеми лекарствами и иголками. Рад был избавиться и от того, и от другого. Мне никогда не нравилось чувствовать себя беспомощным или ничего не соображающим от закачанной дряни. Я любил, чтобы все и всегда было под полным контролем. У меня осталось слишком много плохих воспоминаний о временах, когда у кого-то имелась власть надо мной.
Так прошло два дня. Как только я очнулся, появились следователи: федералы, чикагские полицейские, мой начальник, его босс и начальник четырех детективов, пытавшихся убить меня, Кона и Нину Толливер. Также присутствовали начальник полиции, прокурор штата, его помощник и стенографистка. Много народу, но и места в палате было достаточно.
Похоже, они уже допросили Кона и Нину и ждали, когда я очнусь, чтобы подтвердить показания.
— Как вы поняли, что возникли проблемы? — спросил федеральный следователь.
— В тот момент, когда Нина Толливер сказала, что из маршалов видела только меня и Кона, я заподозрил, что мы в беде. — Я взглянул на своего босса. — Шарп и Уайт мертвы?
Сжав челюсти, он быстро покачал головой.
— Нет?
— Уайт в коме, лежит через две палаты от тебя, а Шарп вчера уехал домой.
— Каков прогноз у Уайта?
— Должен прийти в себя, — заверил меня Кейдж.
Я кивнул. Следователь снова собрался заговорить, но я задал шефу еще один вопрос.
