— Тем лучше... — усмехнулся Синан. — Значит конкурировать за одну девушку мы не станем.
С того момента уже около года Ясемин держала его на коротком поводке, не подпуская слишком близко, но и не отпуская от себя, иногда принимала приглашения в ресторан или на какое-нибудь мероприятие, редко, но оставалась в его доме на ночь, а иногда напускала на себя неприступный, холодный вид, удерживая их отношения на грани затянувшегося, незавершенного романа. А Синан действительно влюбился... Он не знал того, что она творила за его спиной, даже не догадывался ни о знаках внимания, оказываемых ею Омеру, который нравился ей больше и которого она считала более выгодной партией, ни о вялотекущем романе с дизайнером обуви Денизом Транба, которому последний, по слухам, решил положить конец.
Ясемин исполнилось двадцать семь, но иногда, увлечение косметикой играло с ней злую шутку и прибавляло молодой женщине пару лет. Она росла единственным ребенком в семье, любимой папиной дочкой, у отца был небольшой, но прибыльный бизнес, мать не работала и занималась домом, мужем и дочерью, она была простой женщиной, рано вышедшей замуж и слушавшейся во всем своего возрастного супруга. Не получив никакого образования кроме школьного, да ещё обладая от природы робким и покладистым характером, бедная женщина не имела в семье ни веса, ни права голоса. И Ясемин очень рано поняла это, чем старше девочка становилась, тем больше в её отношении к матери проскальзывало пренебрежение, отец, бесспорный глава семьи, стал её кумиром, он единолично решал все вопросы, и только с ним она считалась. Закончив школу, девушка поступила в стамбульский университет на факультет менеджмента, но отучилась только два курса и ушла, потому что отец, оплачивавший обучение, заболел, накопления пошли на дорогостоящее лечение, однако, оно оказалось напрасным, и он умер, а с его смертью резко изменилось и финансовое положение семьи.
Терять семейный бизнес и прочный ежемесячный доход не хотелось, мать ничем не могла помочь, и Ясемин попробовала взять управление фирмой на себя, но неудачно, заменить отца оказалось крайне трудно, практически невозможно, потому что все дела он вел единолично, домашних ни во что не посвящал и никогда ничем не делился. Чтобы избежать банкротства, дело пришлось срочно продать, на эти деньги они какое-то время жили, но период относительной стабильности быстро закончился, и Ясемин поняла, что теперь только от неё зависело их выживание.
Устроиться по специальности она не могла, обучение осталось незаконченным, а без диплома на хорошо оплачиваемую работу не брали, знакомый отца составил ей протекцию в одну строительную фирму на должность помощника руководителя. Её владелец, импозантный мужчина лет сорока, прельстился не столько её деловыми качествами, сколько молодостью и красотой, он был разведен и вновь жениться не спешил. Эффектная двадцатидвухлетняя девушка приглянулась ему, мужчина начал красиво ухаживать, не скупился на щедрые подарки, намекал на возможность брачных уз, и она решила, что вытащила выигрышный билет в своей жизни. Он произвел на неё впечатление, напомнив характером покойного отца, казалось, она нашла человека, способного обеспечить ей безбедное существование, не без колебаний, но Ясемин согласилась на близкие отношения с ним и чувствовала себя счастливой целых два года. Шло время, а официального предложения от него так и не поступило, и однажды, от общих знакомых она узнала, что, не поставив её в известность, любовник женился на другой, а когда оскорбленная девушка попыталась напомнить о данных ей обещаниях, просто выставил за дверь, выдав выходное пособие и зарплату за два месяца.
Ясемин очень тяжело переживала этот разрыв, особенно горько было осознавать, что за красивые слова и пустые обещания она расплатилась разбитым сердцем. Её использовали, она доверилась мужчине, отмахнувшись от предупреждений матери, и вот теперь эта несчастная женщина оказалась и правой, и виновной одновременно, именно на неё, единственного близкого человека, обманутая девушка вылила всю желчь и досаду от разрушенных надежд. В глазах амбициозной дочери бессловесная мать авторитетом никогда не являлась, проведя всю жизнь в тени мужа, ни образования, ни профессии не имела, ничего из себя не представляла, зная досконально лишь одно дело ‒ ведение домашнего хозяйства.
