Комбат Смирнов сказал истину. Серьезных дел у саперов было с избытком. Они не вылезали из командировок, и заниматься сочинением "рифмушек" у Димки теперь не было ни сил, ни возможностей. Поубавилось у него и желания. Любому мало-мальски творческому человеку важно, чтобы хоть кто-то положительно оценивал его творчество. Димке его сочинения приносили одни неприятности. А раз не было удовлетворения, то в голову все чаще лезла мысль: все эти "детские забавы" пора кончать. Тем более, что в профессиональном плане он делал успехи.
Командир взвода старший лейтенант Марусев оценил старание паренька. Он все чаще стал доверять ему задания, которые ранее обычно исполнял флегматичный и инертный замкомвзвода Ландышев. А после случая, произошедшего в одном из небольших городков Дагестана, сержанта Кузнецова взводный по-настоящему зауважал.
В этом городе им пришлось разминировать сарай, подготовленный к взрыву. Его обнаружил местный житель, ветеран Великой Отечественной войны. Старый солдат не побоялся тех, кто подготовил этот "склад", и сообщил о "находке" в милицию.
Ветхий сарай находился на частной территории и внешней дощатой стеной выходил прямо на улицу, в этом же месте примыкавшую к главной площади. На площади обычно проводились митинги и праздничные торжества. В сарае были аккуратно уложены в единый заряд снаряды, мины, тротиловые шашки и несколько мешков с аммиачной селитрой. Подрыв заряда во время скопления людей мог вызвать большое количество жертв.
Учитывая важность задания, вместе с группой разминирования Марусева на место выехал сам командир бригады. Он вместе с главой города и представителем МЧС вошел в оперативную группу. Руководил операцией генерал ФСБ.
К приезду саперов район был оцеплен, а из ближайших домов выселены все жители. Группа с ходу приступила к работе.
Марусев оставил подчиненных за жилым домом и зашел в сарай один. Подождал, пока глаза привыкнут к освещению, и осмотрелся. На видном месте, поверх уложенных рядком снарядов, было пристроено самодельное взрывное устройство с радиотелефоном. От него шли два проводка к электродетонатору, заделанному в пластит.
Марусев аккуратно вынул электродетонатор и перерезал оба провода. После этого снял взрывное устройство и вышел к группе.
– Все, бойцы. Жало я вынул. Приступаем к погрузке. Наше дело загрузить груз в автомобили. Уничтожать его будут саперы МЧС за городом. Берем по одному снаряду, переносим и аккуратно укладываем в кузов на песочек. Работаем рассредоточено, согласно прежней схеме. Первый в сарае, последний у машины.
После краткого инструктажа три сапера и Марусев вошли в сарай.
– Сначала осмотритесь! – скомандовал взводный. – Напоминаю, брать только по одному боеприпасу. Ходить медленно, не паниковать и не запинаться. Понятно?
– Понятно, товарищ старший лейтенант, не в первый раз, – ответил за всех любивший похорохориться ефрейтор Вася Шутов.
Он первым подошел к заряду.
– Ох, сколько они всего натащили! Даже противотанковую мину где-то откопали… С нее и начнем!..
– Стой! Не трогай мину! – вдруг громко закричал Димка.
Все, включая Марусева, удивленно посмотрели на сержанта. Раньше тот никогда так не паниковал.
– Ты что, Кузнец, так перепугался? – нарочито хихикнул Шутов, – Она же беззубая… без взрывателя.
Вместо ответа Димка подошел к мине и присел возле нее на корточки.
– Товарищ старший лейтенант, – подозвал он взводного, – под противотанковой спрятана мина-сюрприз.
Марусев подошел к нему и тоже присел. Сбоку было хорошо видно: боевая противотанковая мина ТМ-62 лежала на небольшой пластмассовой мине коричневого цвета. По всем приметам специальная мина МС-3.
– Да, Кузнецов, похоже ты прав. Этот "сюрприз" приготовлен для нас с вами. Как ты догадался?
– Отец о таком случае рассказывал. Это один из способов установки мин на неизвлекаемость. Противотанковая мина давит своей тяжестью на шток мины-сюрприз и, если убрать груз, шток разгружается, освобождается ударник и… взрыв.
Марусев посмотрел на притихшего ефрейтора.
– Ну, Шутов, какую картину рисует твое воображение?
– Детонировал бы основной заряд, товарищ старший лейтенант, и нас собирали бы по кусочкам…
– Нечего бы было собирать, – невесело ухмыльнулся Марусев. – Это впредь нам наука, внимательнее надо быть. Ладно, об этом после… Что будем делать?
Взводный развернулся к Димке.
– Не знаю, – честно признался тот, – вынести мины из сарая можно, а везти в машине нельзя.
– Да… можно взорвать в саду, но тогда вылетят все стекла в домах, и я получу на всю катушку.
– Да что вы, товарищ старший лейтенант, – вмешался в разговор жизнерадостный Шутов, – тут столько начальства… Насчет стекол пусть решают они!.. Нам, главное, мины оттащить от заряда!
– Что бы я без тебя, Шутов, делал… Значит так: Шутов с Серебряковым в конце сада быстро копаете яму, метр на метр, глубиной шестьдесят сантиметров. Кузнецов, остаешься со мной. Будешь страховать.
Бойцы отправились выполнять приказ взводного, Марусев взял в руки зазвонивший радиотелефон. Комбриг требовал доклада.
– Ну, что там у вас, Марусев? Почему не докладываете?
