Думала, на свет проснётся бабушка и спустится с печки. Но она не встала. Я подошла к той части, где была лежанка, и заглянула туда. Там было пусто. Не понимая, что происходит, выскочила на улицу и забегала по всем закоулкам, где могла бы оказаться старушка.
Не найдя её, села посреди двора у дома на землю и, раскачиваясь, стала думать, куда могла деться дриада-полукровка. Не поднимая головы, так и сидела больше часа, потом мне это надоело, и я встала во весь рост лицом к дереву хозяйки дома.
Как только мой взгляд остановился на дереве, ко мне пришло понимание. Дерево ожило, расправило ветви, и появились листья. Совсем ещё маленькие, но их было так много, что дерево казалось кудрявым. С раскрытым ртом я стояла и смотрела на это чудо природы.
– Ну, раз дерево выздоровело, то и его хозяйка где-то рядом.
Прошла мимо ствола и полетела на охоту, от всех этих переживаний у меня разыгрался зверский аппетит.
После ночного ужина уснула как младенец. А утром меня разбудил вопль.
– Тхииироо! Просыпайся! Смотри, смотри скорее на меня!
У меня заложило уши от звона этого голоса. Почесав в обоих ушках по очереди, повернулась на крики. И застыла от шока. Передо мной стояла женщина, очень похожая на дриаду, только бледнее цветом и с пушистым хвостом.
– Адиль?
– Да, Тхиро, это я! – она подскочила ко мне, потянула меня с топчана и, как только я встала, завертела меня вприпрыжку.
– Откуда хвост? И почему ты такая молодая?
– Хвост у меня всегда был, только облезлый от старости, и я его прятала под одеждой, а молодая я стала потому, что моё дерево вылечила сама королева дриад. Она же и научила меня заходить в своё дерево. Теперь я могу часто быть в нём, и это меня будет лечить и омолаживать, когда надо. Я теперь долго-долго проживу. И всё благодаря тебе! – она с новой силой закружила меня по дому.
– Зимой я буду ложиться в спячку в дереве, как все дриады, и больше мне не страшны холода. Правда, здорово?
– Круто! Я очень рада за тебя! – её веселье передалось и мне. Теперь я точно знаю, что не напрасно остановилась когда-то здесь и сделала всё, что смогла. Ради этого стоило жить и радоваться жизни.
Мой отлёт состоялся вечером того же дня. Адиль долго плакала и уговаривала меня остаться. Но и она понимала, что мне не место среди других рас. Надо лететь к своим.
Ещё раз хлюпнув носом возле моего правого уха, Адиль, как смогла, прижалась ко мне, погладила по спине под крыльями, убрала мои распущенные волосы за уши и отодвинулась.
– Я буду помнить тебя всегда. Всё, что ты сделала для меня. Если дух даст родить, то назову дочку в честь тебя.
– А если будет сын?
– У дриад не рождается мальчиков. Ты же знаешь.
– Так-то у дриад, а ты на половину вулорк, у них наоборот мальчики больше рождаются.
– Я же от вулорка, а родилась девочкой.
– Твоя мать – чистая дриада, а у тебя есть шанс родить сына. Тем более ты теперь вон какая молодая и красивая. Если встретишь такого же вулорка, то и шансов больше будет на мальчика.
– Выдумщица, – припечатала она меня, – откуда я здесь возьму вулорка? Их граница далеко от сюда.
– А вот и нет. Всего полтора дня моего лёту отсюда. А то, может, и меньше. И вообще, разве мало у вас тут проезжает народу?
– У нас-то как раз-таки мало, не то, что в соседнем городе.
Я вспомнила проплывавший подо мной город. Отсюда он в двух днях пути верхом на местных ездовых животных. Видела я их, выглядят как мохнатые медведи, но очень медлительные по сравнению с нашими лошадьми. Тем не менее, они перемещаются быстрее, чем человек пешком.
Учитывая, что я никогда не видела ни одного человека, похожего на обитателей моего прежнего мира, то смею предположить, что их тут нет. Хотя, вдруг где-то на другом материке есть. Всё может быть.
И вот, попрощались мы с Адиль, и я поднялась к звёздам. В этом мире они были такими же, как у нас, только знакомых созвездий видно не было. Да и не должно было быть, это же другой мир, другой небосвод, другая галактика.
Снова полёт по знакомой звезде. Только мысли в голове всё крутились разные – воспоминания о недавних событиях. Особенно часто всплывали стальные глаза и их обладатель.
Что с ним? Как он там? Думалось об этом всё чаще и чаще. А когда пришло время опускаться на отдых, то возле самой земли заметила, с какой силой сжимаю кулаки, и с моих ладоней капает кровь. Сев на пятую точку в удивлении, рассматривала ранки от когтей, из которых продолжала сочиться красная жидкость. Только в ней присутствовали ярко-жёлтые вкрапления.
Вот это поворот… Почесала одной рукой другую в середине ладони и забыла, из-за чего злилась, пока летела. А, собственно, чего я удивляюсь? Мутация затронула не только внешний облик, но и внутренности, ничего странного, что и кровь поменяла окраску.
Сорвала два широких листа рядом с собой, они совершенно не были похожи на наш подорожник, но я использовала их, чтобы приложить к ранкам. Вот и полечилась.
