- Да, - Андрей чуть завел меня за спину, оставаясь с капитаном один на один.
- Нам поступила телефонограмма, что в больницу поступила девочка в состоянии средней тяжести. Тупая травма головы, вывих локтевого сустава, а так же множественные синяки на теле. Вы можете объяснить, откуда на теле десятилетнего ребенка появились такие травмы?
- Нет, - ответил Андрей. – Лера живет со своей матерью. Со мной она видится только по выходным.
- Зачем вы приехали сегодня? – уточнил капитан, внося слова Андрея в блокнот.
- Мне позвонила соседка. Сказала, что слышала крик из квартиры бывшей супруги, грохот и плачь ребенка. Я приехал в течении десяти минут.
- Где в этот момент была ваша бывшая супруга?
- Не знаю, но дома ее точно не было. Лера была одна в пустой квартире. Без сознания. – Андрей сжал зубы с такой силой, что я явственно услышала их скрип. Он был зол. Нет, он был в ярости.
- Вы пытались связаться с матерью? Возможно ли, что девочка пострадала находясь дома одна? – продолжал допытывать капитан, но предвзято смотреть на Андрея он перестал.
- Вряд ли, - покачал головой мой мужчина. – В квартире был погром, к тому же синяки на теле Леры…
- Хорошо, - капитан все скрупулёзно записал. – Как только разберетесь с дочерью прошу вас подъехать в участок, чтобы заполнить все по правилам, с протоколом. Для этого нужны будут ваши документы и документы дочери. Конечно, было бы идеально, чтобы присутствовала и мать, но, судя по всему, мы займемся ее поисками.
Старательно внося адрес квартиры, данные соседки и контактные телефоны, капитан недовольно морщился.
- Будем искать мать. Всего доброго.
- Подождите, - Андрей в один шаг догнал капитана, перекрывая ему дорогу. – Я могу видеть дочь. Врач сказал, пока не будут ясны обстоятельства к дочери меня не пустят.
Капитан печально вздохнул разводя руками.
- Пока что нет, - Андрей сжал кулаки и с ненавистью смотрел на капитана. – Все что вы сказали, это только ваша версия. Нам надо встретится с матерью или, на крайний случай, со свидетелями, подтвердить, что к травмам дочери вы не имеете никакого отношения. Мы не можем допустить даже потенциального преступника к девочке. К тому же, - видимо сжалившись над отцом произнес капитан. – Сегодня она пробудет весь день без сознания, мы пока что доедем до вашей соседки и подтвердим факт, что она совершила вам звонок. Завтра с утра вы сможете увидеть девочку.
- Спасибо, - сквозь зубы прошипел Андрей.
- Привезите пока документы и вещи девочки. Пока и мать никто не пустит к ребенку.
Андрей отпустил капитана, понуро смотря в спину удаляющегося служителя порядка.
- Ты как? – я подошла со спины, не решаясь прикоснуться к мужчине.
- Никак, - честно произнес он. – Моя дочь в больнице, а я даже не могу ее увидеть.
Мы еще долгое время сидели в приемном покое в надежде, что кто-нибудь из врачей выйдет и расскажет что-нибудь о состоянии Лерочки, но никто так и не пришел.
- Ну что вы тут сидите? – старенькая медсестра вышла из-за стойки регистратуры, подходя к нам. – Никто вам уже ничего не скажет – ночь на дворе. Если врач не ушел, то ему точно не до страдающих родителей. У него там дети умирают. Он за их жизни борется. Лучше езжайте домой, приведите себя в порядок, чтобы к доченьке завтра прийти свежим и бодрым. Вещички соберите, а то она только в больничной робе, документы соберите, игрушечку какую новую купите, чтобы настроение поднять. А здесь сидеть смысла нет.
Андрей поднял голову с благодарностью принимая напутствие.
- Вы правы, спасибо. – Медсестра только покачала головой, возвращаясь на свой пост.
Покидали больницу мы рука об руку. Я хотела, чтобы он чувствовал мою поддержку, чтобы он понял, что я рядом, что ему не придется проходить это в одиночестве.
Сев в машину, Андрей некоторое время молча смотрел вперед, после чего завел мотор.
- Спасибо тебе, - неожиданно сказал он поворачиваясь всем корпусом. –Знаю, что на сегодняшний день у нас были другие планы…
- Помолчи лучше, - посоветовала я, чуть прикрыв глаза. – Это не те вещи, которые сейчас стоит обсуждать. Главное, чтобы с Лерочкой все было хорошо.
- Да, - кивнул он, выезжая на широкую дорогу. – Можно я попрошу тебя подняться в квартиру к Лере и ее мамы вместе со мной, чтобы собрать вещи.
- Конечно.
- Я боюсь, что если я увижу ее дома, то не сдержусь. Если она на самом деле посмела поднять руку на мою дочь, то я могу…
- Я буду с тобой, - пообещала я.
К дому бывшей супруги мы подъехали все за те же десять минут, которых катастрофически не хватало на раздумье. В этот раз найдя свободное место, Андрей припарковал автомобиль по всем правилам и заглушил мотор. Сидел в машине, смотрел в окна… Со вздохом вылез из авто, помог мне – все это выглядело так, словно он сам не решался поднять в дом.
Третий этаж. Тяжелая дверь. Звонок. Никто не открывает.
- Ее счастье, что нет дома, - с обреченностью сказал Андрей, доставая связку ключей. Поворот ключа. Еще один. Давление на ручку – и вот, мы наконец можем войти внутрь, но не решаемся.
