– В настоящий момент, Марко, я не имею ни малейшего представления, как буду искать то, что нужно найти. Я должен задавать любые вопросы, даже граничащие с оскорблением. Так приглашал ты миссис Ласцио танцевать или это она пригласила тебя?
Вукчич наморщил лоб и сел. Наконец он проворчал:
– Кажется, это она предложила. Но мог бы и я.
– Ты просил ее включить радио?
– Нет.
– Значит, радио и танцы была ее идея?
– К черту это! – Вукчич зло уставился на старого друга. – Клянусь, Ниро, я не вижу…
– Конечно не видишь. И я тоже. Иногда просто диву даешься, с какого конца распутывается клубок. Говорят, есть два верных способа потерять друга: одолжить ему денег и задавать вопросы о его отношениях с женщиной. Я не хочу терять твоей дружбы. Нет, Марко, прошу тебя. Я не имел в виду ничего оскорбительного. А теперь, если вы не возражаете… Мисс Берен?.. Мистер Серван? Я должен раскинуть мозгами.
Они поднялись. Серван деликатно попробовал снова заговорить о гонораре, но Вульф остановил его. Констанца подошла к Вульфу, взяла его за руку и посмотрела с выражением, которое если и не было невинным, то явно должно было таким казаться. Я вышел с ними в прихожую, чтобы открыть дверь.
Возвратившись, я сел и стал наблюдать, как Вульф раскидывает мозгами. Он сидел в любимой позе, без сомнения так же удобно, как в собственном кресле. Глаза его были закрыты. Если бы не едва заметные движения губ, могло бы показаться, что он спит. Я попробовал пораскинуть мозгами на свой лад, но, вероятно, мои возможности ограниченны. Мне казалось, что это все-таки Берен, но я допустил бы и Вукчича или Блана, если бы стали настаивать. Насколько я мог судить, остальные полностью исключались. Оставалась еще одна возможность: Ласцио выходил из столовой на время, пока Вукчич пробовал соус, затем вернулся. А Валенко и Росси приняли его за подушечку для булавок. Но смысла в этом я не видел. Я целый вечер был в большой гостиной и попытался вспомнить, не видел ли, как кто-нибудь входил в малую гостиную, или, по крайней мере, готов ли поклясться, что туда никто не входил. После получасового напряжения мозгов мне все еще казалось, что виновен Берен, и я подумал, что Вульф не отказался бы и от двух гонораров, если бы счел возможным их заработать.
Вульф зашевелился. Он открыл рот, но не глаза:
– Арчи. Те двое цветных, что дежурили вчера в главном холле корпуса «Покахонтас». Выясни, где они.
Я прошел к телефону в свою комнату, решив, что быстрее всего будет спросить моего приятеля Оделла. Меньше чем через десять минут я вернулся с докладом:
– Они снова на дежурстве с шести. Те же самые. Их зовут…
– Все, спасибо. Имена мне не нужны. – Вульф потянулся вперед и посмотрел на меня. – Наш противник сам себя поймает в ловушку. Он уверен в своей неуязвимости и считает, что в его крепости нет лазеек. Но есть одна щель, и мы посмотрим, не удастся ли нам эту щель расширить. – Он вздохнул. – Поразительные укрепления он воздвиг. Я вижу лишь одну брешь. Если мы не достигнем успеха… – Он пожал плечами и с горечью продолжил: – Как тебе известно, сегодня мы переодеваемся к ужину. Мне нужно быть в корпусе как можно скорее. То, что обещает язык, должно выполнять тело.
Он начал готовиться к подъему со стула.
Без двадцати семь мы входили в «Покахонтас». Вульф прекрасно выглядел в черном костюме и белой рубашке, а что касается меня, то я вполне мог бы служить украшением витрины магазина мужской моды.
Естественно, меня разбирало любопытство, с чего это Вульф так заинтересовался зелеными куртками, но оно так и не было удовлетворено. В главном холле, как только мы освободились от шляп, он указал мне на гостиную, а сам остался позади. Я заметил, что Оделл не ошибся: двое цветных были те же самые, что и вчера вечером.
До ужина оставалось еще больше часа. В большой гостиной сидела мамаша Мондор с вязаньем, а на диване болтали Валенко, Кейт и Лизетт Путти. Я поздоровался, подошел к мамаше Мондор и попробовал спросить, как будет «вязать» по-французски. Но она так возбудилась, что чуть не полезла в драку, и я предпочел убраться.
Из холла вышел Вульф, и с одного взгляда я понял, что он не пропустил ту щель, о которой говорил. Босс одарил присутствующих приветствиями, задал пару вопросов, получил ответ, что Луи Серван в кухне присматривает за приготовлениями к ужину. Затем подошел ко мне и коротко, почти шепотом дал важное поручение. И хватило же у него наглости, подумалось мне, дождаться, пока я надену свой лучший костюм, а потом послать меня вкалывать до седьмого пота, и это при том, что никакие деньги нам не светят! Однако я решил не тратить времени на препирательства и отправился за шляпой.
Я пересек лужайку, вышел на центральную аллею и направился к главному зданию. А по дороге решил: чем заводить новые знакомства, лучше еще разок использовать Оделла. И тут же – какая удача! – наткнулся на него в коридоре между лифтами. Он выжидательно посмотрел на меня:
– Ты говорил с Вульфом? Видел он Лиггета?
