Инвиктус ненадолго помрачнел. Аргументов у него больше не было, хотя я и видел, что идея войны между людьми претит всей его натуре. Но затем он воодушевился:
— Если вы, как и я, хотите найти виновников… Значит ли это, что вы согласны возродить церковь в Ганатре?
Я выдержал паузу, прежде чем ответить.
— Нет. Покрайней мере, не сейчас. Кто бы ни были эти убийцы, они определённо считают церковь Отца своим врагом. Присоединиться к вам сейчас — это значит повесить на себя мишень. Мы должны быть гибче.
— Тогда что вы хотите от меня? — прямо спросил верховный иерарх.
— Я слышал, на вас совершали покушение. И похоже, это были люди. Может, это просто совпадение, а может, те, кого мы ищем, имеют сторонников среди людей. Если гиганты смогли обучить меня искусству смерти, кто может поручиться, что наши враги не обучили какого-то безумца из нашего числа?
Волшебник помрачнел, представив такую возможность.
— Найдите тех, кто приходил за вашей жизнью. Выведите их на чистую воду. Я же займусь расследованием со своей стороны. Теперь, когда у меня в руках ресурсы Ганатры, возможности имеются. — продолжил я.
— Вы что, стали королём только для этого? — вскинул брови маг.
— Плох тот рыцарь, что не мечтает стать королём. — хмыкнул я. — Сначала я думал обратиться к королю Ганатры, но, узнав его получше… Я решил, что стоит взять дело в свои руки.
— Итак, вы хотите разделить дела. — задумчиво подытожил первосвященник. — Я должен найти собственных убийц, а вы займётесь наведением мостом с гигантами? На этом всё?
— Нет, я думаю, нам нужно большее. — покачал головой я. — Мы должны публично разругаться, так, чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, что мы противники. Быть может, именно такой подход заставит тех, кто стоит за этим, прийти ко мне, как к вашему врагу. А ещё вы должны постараться сделать так, чтобы в нашу войну с Арсом никто не вмешивался. Если кто-то поддержит их в нашей войне, будет куда больше жертв, а все надежды на мир с гигантами пойдут прахом. У меня есть план, как взять Септентрион, но он не рассчитан на помощь ему извне.
Некоторое время Инвиктус раздумывал, смотря на уходящее за горизонт солнце. И лишь когда оно окончательно скрылось за небосклоном, он ответил:
— Когда всё закончиться, вы поможете мне восстановить церковь?
— Да. — мгновенно, без колебаний, ответил я.
— Хорошо. — скрепя сердце согласился с идеей войны верховный иерарх. — Думаю, я смогу обеспечить невмешательство других королевств в вашу войну. Постарайтесь, чтобы она была как можно более бескровной, прошу вас. Но я всё ещё не понимаю, как, по-вашему, мы должны представить дело так, будто мы разругались.
Я ехидно усмехнулся.
— О, это очень просто.
С этими словами я взял закрытый кувшин, откупорил пробку и просто вылил его на чистую робу верховного иерарха. Пока тот ошарашенно смотрел на это, я принялся подбирать со стола почти нетронутые закуски и швырять их в него. Те попадали в липкий сок и прилипали к мокрой одежде.
— Вы самый грязный и неопрятный мастер, которого я видел за всю свою жизнь! — с доброй улыбкой сказал я. — Это совершенно оскорбительный вид для дипломатических переговоров с королём!
Несколько секунд Этериас смотрел на меня с круглыми от удивления глазами. А затем в них появилось осознание. Широко улыбнувшись, он открыл ещё один кувшин, и вылил какой-то пряный отвар прямо мне на голову.
— Никогда не видел настолько мокрого короля! — весело заявил маг. — Вы больше похоже на портового забияку, о чью голову разбили кувшин в трактире!
Некоторое время мы кидались в друг друга едой и обливались напитками, которые не каждый рыцарь себе может позволить. И оба делали это с видимым удовольствием, одновременно упражняясь в колкостях относительно своего внешнего вида.
Когда еда и напитки наконец-то закончились, я поднял вверх кулак и заревел так, что это наверняка услышала бы половина замка:
— Я этого так не оставлю! Всем расскажу про ваше безобразное поведение! Как не стыдно, а ещё верховный иерарх и глава церкви!
Этериас скрестил руки на груди и закатил глаза, а затем также громко заявил: Я не аристократ и никогда им не был, чтобы придерживаться норм вашего приличия. А вот настолько смешного короля я в жизни не видел!
Мы улыбнулись друг другу зеркально-хитрыми улыбками, прежде чем я покинул башню.
— Напоследок позвольте посоветовать вам одну вещь, друг мой. — тихо добавил я перед уходом. — Если вам доведётся ещё раз увидеть тварь, схожую с той, что пыталась заставить вас убить меня, бейте сразу и наверняка, не вступая в разговоры. Уверен, то, что вы услышали, ещё не самая чудовищная ложь, которую подобные им могут придумать.
Взгляд первожреца церкви людей чётко дал мне понять, он легко последует этому совету.
Это был сырой, заплесневелый и заросший мхом подвал давно всеми позабытого и заброшенного замка.
Но сегодня в нём была жизнь — пока ещё была.
Старик в простом чёрном балахоне, который обычно носили те из слуг, что хотят казаться неприметными в тёмных, не слишком хорошо освещённых замках, стоял с костяным кинжалом в руках, нервно его сжимаю.
