Блять…
Не надо было говорить ей всего этого. Этот косяк с фотографией! Как я мог так облажаться?! Мы могли хотя бы общаться, как друзья…
Иду на кухню в поисках моей наркоты.
Заглядываю в телефон – одиннадцать. Как я мог проспать ее уход? Как не почувствовал, что она уже больше не в моих руках?!
Может, и к лучшему…
Я бы с ума сошел, если бы пришлось выслушать все ее «почему нет». Она поняла это и поэтому ушла молча? Чтобы не видеть мои судороги?
Похоже на то…
Есть, блять, в этом доме хоть одна ебаная сигарета?!
Сметаю все с подоконника в попытке отыскать какую-нибудь старую пачку. Руки нихрена не слушаются меня, и в ладонь втыкается случайно оставленный нож, распарывая кожу. Глубоко. Ебануться! Только этого еще не хватало!
Кровь начинает порциями шлепать на пол, и я хватаю кухонное полотенце, обматывая его вокруг руки. Ладонь пульсирует и начинает ныть. Открываю холодильник, чтобы достать лед и вижу в дверце бутылку «Мартини».
Нахер лед.
Открываю бутылку и залпом выпиваю сразу треть. Прислушиваюсь к себе. Больно. Блять, охуительно больно. Везде. Особенно в груди…
Прикладываюсь еще раз к бутылке, и голова начинает немного дуреть. Еще бы покурить!
Но, блять, сегодня мне охуительно не везет.
Ладно, внизу есть магазин, можно сбегать. Пять минут – и никотин в доступе.
Уже перепачкал кровью все висящие на вешалке вещи, но никак не могу найти свою любимую толстовку. Психанув, накидываю куртку и выхожу в коридор, тут же наталкиваясь на Феликса.
Качок, живущий в соседней квартире. Мы с ним бухали пару раз…
– Здорово, Алекс!
– Привет, Феликс. Есть сигарета?
Я тяну руку, но тут же немного одергиваю. Все полотенце в кровище. Феликс символически жмет ее за запястье.
Он ошарашено смотрит на мой видок. Но мне уже поебать. Меня накрыло градусами.
– Тебе, наверное, охуительно хочется! – начинает ржать он, рассматривая мое лицо. И отдает мне всю пачку.
Удивленно хмурюсь, пытаюсь понять, что его так веселит.
– Бурная была ночка? Или утро? – стебется он.
– Что?
– Ты в зеркало сегодня смотрелся, герой-любовник?
– Что?!
О чем, блять, он? Мои пьяные мозги не выдают ни одной интерпретации.
– Иди, буди свою фею!
– Какую нахуй фею?! – начинаю звереть я.
– Ну, Алекс, если это фей, то я, блять, с тобой больше не бухаю!
Он ржет, а мне нихуя не смешно.
– Иди-ка ты нахер, Феликс!
Открываю дверь и возвращаюсь домой, доставая по дороге сигарету и прикуривая лежащей в пороге зажигалкой.
Да! Наконец-то глоток никотина. Где там мой «Мартини»?
Какого хрена он там стебался надо мной? Что там с зеркалом?
Прихватив из кухни «Мартини», иду в ванную к ближайшему зеркалу.
И тут же замечаю, что на калорифере весит ее маечка, которая вчера была облита лекарством.
Сердце срывается, и я касаюсь ее пальцами – влажная… В чем она ушла?
«В моей толстовке!» – догоняю я. И это немного изменяет неотпускающие болезненные ощущения в груди, меняя их оттенок. В толстовке прямо на голое тело… Моей толстовке. Бляяя…
Разворачиваюсь к зеркалу и почти падаю, хватаясь руками за раковину.
Белла…
Кто этот придурок, который улыбается мне в зеркале?
Я его однозначно не знаю…
Но его лицо мне нравится. Оно все исцеловано нежно-розовой помадой…
Глава 15
Границы
Прохладная вода немного смыла пьяный дурман, но дебильную улыбку не смыть, наверное, уже ничем. Рассматриваю кровавые разводы на полу душевой – красиво… Сердце все еще бешено колотится, но уже совсем по-другому. Оно колотится так, что я почти умираю от удовольствия.
Может у меня какой-то генетический сбой, и оно отыскало где-то в моей грудине точку G?
Потому что каждый его удар… Бляяя… Попадает именно в нужную точку!
Она целовала меня, пока я спал… Она хотела, чтобы я увидел это! Это так охренительно круто, что у меня скоро судорогой сведет все мышцы на лице. Ну и пусть!
Интересно, Белла уже сдала свою квалификацию? Нужно бы съездить, забрать ее. И куда она подорвалась в таком состоянии? Еще, по ходу, и работать собралась вечером…
Выключаю воду. Полотенце на бедра. Снова смотрюсь в зеркало, хотя медитировал перед ним, наверное, полчаса перед тем, как принять душ. Помада смыта, но по всему лицу мерцают звездочки блесток, вызывая очередной эндорфиновый фейерверк.
Гламурненький видок в сочетании со смоляной вязью тату на плече… Вэл бы понравилось…
Блядь! Вот нахера эта мысль?! Даже вспоминать не хочу!
Вытаскиваю из брошенных на полу бриджей телефон. Мне нужна Алиса. Мне нужен номер Беллы. Ну, и хочу еще узнать, попалась ли она на наркоте и насколько встряла…
Прихватив почти пустую бутылку «Мартини», выхожу из ванной. Все еще пьяный…
О, ЧЕРТ!
Мое несчастное сердце скоро оторвется от положенного места и уйдет в свободное плавание по организму, если уже не ушло…
Белла… Вернулась!!
Лежит на краешке кровати, глаза закрыты, на шее черные нити наушников. Уснула? Сколько она уже тут? Я, наверное, час проторчал в душе…
