— Что насчет его родителей? — спрашиваю я, попивая свой ром с колой.
Единственное, что сделал Адам, услышав меня сквозь музыку из ревущих колонок — сморщил нос.
— Они полные ничтожества. Хуже моих — он не отрывает глаз от Зандера, пока опрокидывает бутылку своего пива и громко хлопает ею по столу.
— Он не рассказывает о них, — голос Келси такой мягкий, как никогда раньше. По натуре она не любвеобильная и милая девушка. Думаю, единственный раз, когда я слышала ее голос таким — это когда я очнулась после комы.
Но как только я смотрю на нее, она улыбается и пожимает плечами.
— Я решила, что не стоит допытываться. Однажды, когда он будет готов — он сам расскажет, что произошло.
— Тебе не стоит об этом знать, Келс, — Адам смотрит на нее с тревогой в глазах, будто пытаясь запугать, но ее это совсем не цепляет.
— Это твое мнение, — грубо отпускает она.
— Не понимаю, — говорю я, глядя на них по очереди. Я не могу понять, почему Адам считает, что должен защитить Зандера, человека вполне способного за себя постоять, от Келси.
— Жизнь у Зандера была непростая, Эми. Раз он не хочет об этом говорить, неужели нельзя оставить его в покое? — по голосу и по тому, как глаза Адама прищурены, я понимаю, что это вопрос риторический.
— Не могу поверить, что твоим родителям плевать, что ты живешь над баром, — хихикаем мы с Келси. И этот бар совсем не похож на заведение с разнообразным меню или на место для прекрасного отдыха на пять звезд, который удовлетворил бы требованиям родителей Келси, особенно ее отца. Это местечко максимум на половину звезды.
Она пожимает плечами.
— Моему отцу нравится, что Зандеру плевать на футбол, и они не похожи на твоих родителей. Они просто хотят видеть меня счастливой.
— А мои... — начинаю я, но она прерывает меня улыбкой.
— Хотят чтобы ты делала то, что сделает их счастливыми.
Мои губы обхватывают соломинку, и я делаю долгий глоток, думая о ее словах. Я быстро понимаю, что она права. И потихонечку бар уже не кажется таким маленьким и унылым. Я себя ощущаю все комфортнее. И кофейня, которая заставляла меня огорчаться, что я трачу жизнь на разливание напитков — больше не кажется большим шагом назад. Каждый день я больше и больше начинаю чувствовать себя в окружении близких людей.
Я забываю о сомнениях насчет Адама, отбрасываю в стороны мои пробелы в памяти и понимаю, что моя жизнь хоть и сильно отличается от той, что я помню, но вовсе не так плоха, как я думала.
***
Все меняется. Двигается медленно, со скоростью улитки, и в некоторые дни это невероятно расстраивает. Когда я надолго остаюсь одна в квартире, я желаю, чтобы все воспоминания вернулись на свои места. Я хочу видеть сразу конечный вариант, а не собирать их по маленькому кусочку, не будучи даже уверенной, что делаю это правильно, пока не появится новая зацепка.
К сожалению, так быстро, как я хочу, не происходит.
Но становится уже лучше.
Престон замечательная. Я вернулась на работу на полный рабочий день в кофейню. Зандер приходил на днях и спел в ночь караоке. Голос у него удивительный. Богатый, и насыщенный, и он соблазнил всех женщин вокруг, но для него существовала только Келси. Он пел ей одной весь час, что пробыл на маленькой сцене с акустической гитарой.
Я подавала кофе, холодные напитки и смузи весь вечер с улыбкой на лице. Никогда не представляла себя в таком месте, но, как оказалось, я здесь отлично вписываюсь.
Посетители помнят меня, хоть я и не помню их. Это и не важно, они все равно непримечательные люди. Любой, кто приходит в «Хука» выглядит либо как накуренный, либо как чересчур эмоциональный. Или сразу и так и так.
Они не задают мне вопросов, на которые я не знала бы как ответить.
Адам просидел весь вечер на шатающемся стуле с улыбкой на лице и наблюдал за мной, отпуская шуточки, пока я разносила заказы.
А иногда приходит Тайлер, и мы болтаем.
Совершенно невинно, но я все равно не говорю об этом Адаму, чтобы не развязать еще одну ссору. Просто разговоры с Тайлером помогают мне. Мы можем вспоминать наше детство и смеяться над своими семьями. Чем больше я это вспоминаю, тем больше я понимаю, что жизнь в нашей маленькой квартирке не так плоха, как расти и взрослеть под присмотром своих родителей.
Я чувствую себя все больше как дома.
— Мы на месте.
Я поворачиваюсь к Адаму и улыбаюсь. Мы одеты в обтягивающие шорты и топы, потому что погода этим ранним летом наконец-то благосклонна к нам, так что мы отправились в поход. Я настаивала на этом. Хотя, смотря на вход в парк, я хмурюсь.
— Я думала мы пойдем к скалам.
Адам качает головой и открывает мне дверь.
— Здесь куда лучше.
— Нет места лучше скал, — категорически возражаю я, но уже вылезаю из машины, пока он достает полный рюкзак еды из багажника.
— Подожди, — говорит он, протягивая мне свою руку. Я с легкостью ее принимаю, ведь мне уже куда комфортнее находиться рядом с ним.
