Так же как в Румынии, Советский Союз по, считай, бросовой цене уступил союзникам свои устаревшие легкие танки, артиллерию, самолеты и стрелковое оружие. А для их освоения, естественно, выделил и своих инструкторов (и военных советников). Если уже через полгода-год каждая республика сможет выставить на случай войны хотя бы по одной полнокровной и хорошо обученной стрелковой дивизии или даже корпусу, подкрепленному танковым полком (пусть даже легким) или хотя бы парой батальонов — это будет совершенно не лишним подспорьем для Красной Армии. Пусть и господа прибалты за мир в Европе сражаются, не одному же Советскому Союзу все на себе тащить.
Распределились части Красной Армии по трем небольшим (в одном только Ленинграде вместе с областью населения — почти как во всей Прибалтике) государствам неравномерно. Больше всего советских войск разместилось в граничащей с Восточной Пруссией и оккупированной немцами северо-восточной части Польши Литве — меньше всего досталось на долю Эстонии. Почти все лето союзные служивые провели в полевых лагерях и на полигонах, до изнеможения совершенствуясь в боевой подготовке, и на строительстве оборонительных рубежей. Поближе к границе неотвратимой железной поступью гусениц, колес, копыт и солдатских ног они двинулись только лишь на рассвете 25 августа. В готовности № 1 застыли на полевых и стационарных аэродромах полнокровные полки краснозвездной бомбардировочной, штурмовой и истребительной авиации; заранее развели пары на внешних рейдах суровые корабли Балтфлота. Немногим позже волей-неволей пришли в движение и собственно литовские вооруженные силы, тоже подтягиваясь поближе к своей западной сухопутной границе.
Полдень 25 августа 1942 года. Речь товарища Сталина с одновременным приказом Западному (Белорусскому) и Киевскому военным округам, Прибалтийской и Румынской группам войск перейти западные границы… Военные округа, заранее разделенные каждый на несколько фронтов, одновременно начали боевые действия в соответствии с разработанным планом…
Все получилось в какой-то степени зеркально с 1941-м годом в прошлой исторической реальности. Тяжело бронированные клинья Красной Армии при массированной поддержке авиации атаковали почти на всем протяжении общей границы. Но, естественно, не везде с равной силой. Такие же, как тогда охваты и рассечения с окружениями, такие же массированные налеты авиации, но, не по мирным городам, для поднятия паники и запугивании населения, а по местам сосредоточения войск, по аэродромам, транспортным узлам, штабам, складам, военным заводам и прочим, значимым именно в военном отношении объектам.
Если, например, в прошлой реальности два германских армейских корпуса из группы армий «Север» ударом на юг и юго-запад из Сувалкского выступа вместе с тремя корпусами из группы армий «Центр», рванувшими им навстречу из района севернее Бреста, подкрепленные танковыми группами, сперва «срезали» Белостокский выступ на территории Белоруссии, а через шесть дней вообще взяли Минск, окружив, уничтожив и пленив при этом почти три советские армии, то теперь мощные удары были направлены со стороны глубоко вдающегося в занятую немцами территорию самого Белостокского выступа на севернее расположенный Сувалкский выступ и более южный Замостьевский «нос». Били сильно и больно. Было чем.
1-й танковый корпус генерал-лейтенанта Катукова наступал на узком участке границы южнее небольшого польского городка Августова, находящегося в советской зоне «миролюбивого освобождения». Водных преград перед ним не имелось. Августовский канал, соединяющий реки Неман и Бебжу, тоже находился на советской стороне. На своей с боем отхваченной в 1939 году части Польши немцы к этому времени успели построить в приграничье полосу обороны. На танкоопасных направлениях были прорыты линии рвов и траншей, усиленных дзотами и блиндажами; редкими наростами перекрывали дороги и поля приземистые бетонные доты с бронеколпаками, оснащенные пулеметами и пушками не крупнее 75-мм, часто трофейными. Некоторые отдельные полосы и участки даже минировались, заботливо ограждаясь предупредительными табличками «Achtung! Meine!». Несколько дальше располагались открытые и лишь замаскированные сверху позиции артиллерии, от противотанковой — до гаубичной и зенитной. Но, то ли немцы просто не успели до конца завершить задуманное, то ли понадеялись, что они успеют напасть на «колосса на глиняных ногах» первыми и мощные укрепления им не понадобятся вовсе. Зачем тратить лишние силы и средства на укрепления, которые очень быстро окажутся в собственном тылу?
Кроме охраны приграничья, немного дальше, в Сувалкском выступе и еще западнее, в Восточной Пруссии, дислоцировались одна общевойсковая армия вермахта и еще не полностью укомплектованная по штатному расписанию 3-я танковая группа, часть сил которой именно сейчас застряла в боях в упрямо сопротивляющейся Югославии.
