– Я принесла пальто Кики, – произнесла она запинаясь, – я хотела послать его по почте, но она не оставила адреса.
– Я позабочусь об этом, – успокоил девушку Корт, – потом.
Хосе положил папку на один из стульев и вышел.
Корт и Джин остались одни. Наконец. Но радостное чувство от того, что они опять вместе, слегка омрачалось напряженным выражением на лице Джин. Казалось, она больше не доверяет ему.
Корт волновался. Удалось ли ей узнать правду о прабабушке и о том, как к ней попала бриллиантовая брошь?
Вырвавшись из плена грустных мыслей, Корт подошел к буфету, где в серебряном ведерке охлаждалась бутылка шампанского.
– Нам есть что отпраздновать, – объявил он, вынимая бутылку изо льда и оборачивая крахмальной белой салфеткой.
Точным движением Корт открыл шампанское, пробка негромко хлопнула и осталась у него в руке. Быстро поднес бутылку к двум приготовленным заранее узким бокалам, чтобы не пролить вино на серебряный поднос. Поставив шампанское обратно, он протянул Джин ее бокал.
– Нам есть за что выпить, – сказал Корт, поднимая свой.
– За что же? – спросила Джин.
– За успешную продажу «Пьянящей Розы», – провозгласил он, и от соприкосновения двух хрустальных бокалов возник короткий, но мелодичный звон.
– Да? – воскликнула девушка. – А ты знаешь, кто ее купил?
Корт сделал глоток шампанского и выпрямился.
– На аукционе была одна очень знаменитая актриса, она отчаянно хотела купить бриллиант. Но после напряженных торгов он достался сыну одной голландской принцессы.
– Принцу? – удивилась Джин.
– Нет, он герцог. Но он не пользуется титулом. Он зарабатывает на жизнь своим трудом. Может быть, тебе это покажется удивительным, но почти все члены нидерландского королевского дома считают такое поведение разумным. Возможно, этому способствовал опыт первой половины двадцатого века. Герцог знает толк в таких вещах, как искусство и драгоценности.
– Я потрясена, – сказала Джин, улыбаясь Корту одними глазами.
Ван Рой вынул из внутреннего кармана смокинга маленький конверт.
– Это потрясет тебя еще больше, – сказал он, протягивая конверт девушке.
Поставив бокал на стол, Джин взяла его и вскрыла дрожавшими от нетерпения пальцами. В конверте оказалась маленькая книжечка.
– Это счет в швейцарском банке, в Женеве, – объяснил Корт. – Хочешь, чтобы я перевел франки в доллары?
– Пожалуйста, если можешь.
– Это примерно один миллион семьсот тысяч долларов, – подсчитал ван Рой.
Широко раскрыв глаза от удивления, Джин тихонько свистнула.
– Я выбрал швейцарский банк, так чтобы в будущем тебе не пришлось столкнуться с каким-нибудь необычным банковским законодательством.
Джин закрыла чековую книжку и вложила ее обратно в конверт.
– Надеюсь, теперь я могу поступать как захочу, и никто не будет задавать мне никаких вопросов?
– Если будешь держаться в разумных пределах, – шутливо предупредил Корт.
– Ну вот, ты все испортил! – воскликнула Джин и засмеялась.
– У нас, голландцев, это обычно неплохо получается, – извиняющимся тоном сказал ван Рой.
Джин положила конверт на стол и подняла бокал.
– Должна сказать, что ты развеял часть моих сомнений. А теперь скажи честно, ты агент Интерпола или нет?
– Фактически да, – ответил Корт после нескольких глотков шампанского, – но, с другой стороны, я им не являюсь. Поэтому, вероятно, твой друг не получил на свой запрос того ответа, на который рассчитывал. Меня больше нет в списках оперативных агентов, но я сотрудник Интерпола. Я буду обучать новых экспертов в центре подготовки. Это намного безопаснее.
– А ты к этому стремишься?
– Я хочу прожить долгую жизнь. Я обнаружил, что имею для этого все основания.
Корт взялся за спинку стула, отодвигая его, чтобы Джин могла сесть за стол.
– Пора начинать ужин, а то миссис Гент будет недовольна, что цыпленок, запеченный под абрикосами, остынет, а салат из цикория потеряет свежесть.
Во время ужина девушка старалась выспросить у Корта подробности о его работе. Она хотела знать, что будет с Саймоном и Депеска, о новых обязанностях Корта. Но ван Рою, в свою очередь, не терпелось услышать от Джин, что она узнала в Пенсильвании.
– Как ты нашла своего отца? – наконец спросил он, скрещивая нож и вилку на пустой тарелке и отодвигая ее.
– Все в порядке, – ответила девушка. – Я не ожидала, что они с Ширли так подходят друг другу. Я многое поняла в их отношениях. Наверно, хорошо, что я пробыла дома дольше, чем планировала. Отец не хотел меня отпускать из-за простуды. Поэтому мы наговорились вдоволь.
– Ты нашла какие-нибудь сведения о прабабушке? – спросил Корт, стараясь так произнести эти слова, чтобы нельзя было догадаться, что вся жизнь его зависит от ее ответа. – Хосе, попроси миссис Гент подать десерт и кофе.
Да, он знал, что лукавит, и отдал такое распоряжение, чтобы остаться с Джин наедине. Если он отреагирует на то, что услышит, слишком бурно, лучше, чтобы Хосе при этом не присутствовал.
Джин встала из-за стола, Корт хотел последовать ее примеру, но она жестом остановила его.
– Корт, клянусь, я знаю, что ты джентльмен до мозга костей, – засмеялась девушка. – Я хочу показать тебе, что я нашла и убедить тебя…