Над входом, на верхнем карнизе, видны золочёные колёса с восемью золотыми спицами, символизирующими восемь сторон света. Колесо является символом буддийского учения, которое Будда начал своими предикациями (проповедями). Буддисты, вместо того, чтобы говорить, что Будда начал проповеди, уведомляют, что «привёл в движение колесо учения». Колесо с двух сторон поддерживают две золотые газели, напоминая, что Будда свою первую предикацию произнёс в Парке Газель. Над карнизом возносится крыша в китайском стиле, построенная, вероятно, позднее…».
Эти интересные подробности сообщает венгр Андраш Рона-Тас в вышеупомянутой книге.
Хархорин значительно вырос, украсился новыми буддийскими памятниками и усиленно эксплуатируется местным населением, облепившим Эрдэни-цзу киосками, бутиками, кафе, базарами сувениров и антиквариата (который добывается тут же, около руин Каракорума).
Но, к великому сожалению, красивая и ранее полноводная река Орхон превратилась в вялотекущую речушку из-за преступной деятельности золотодобывающих компаний в верховьях реки. Это наиболее заметная и страшная перемена за 40 лет, тем более, что она ничем не улучшила жизнь народа, проживающего на этой реке. Скорее всего, обогатились всего нескольких чиновников, отдавших на откуп национальные богатства иностранным фирмам.
В отдалении вижу два двухэтажных дома, в одном из которых с 1968 по 1970 годы я жил, работая в строительном батальоне Главвоенстроя МНР. Помещения самого бывшего батальона сейчас используются под тюрьму.
Отсутствие работы превратило население этого городка в торговцев сувенирами и антиквариатом.
Традиционная в Монголии профессия пастуха сейчас (впрочем, как и всегда) очень рискованна из-за превратностей погоды, практической невозможности заготовить корм на зиму при кочевом характере жизни, отсутствия ближних пастбищ. Сельская местность (сомоны, худоны) выдавливают в городки и города, а чаще всего в Улан-Батор, массу бывших пастухов, потерявших зимой скот. В результате Улан-Батор фантастически вырос за последние пять лет, заполнен кафе, ресторанами, пивными пабами и ночными клубами. Город диктует людям, как добыть средства для жизни. Молодёжь пополняет армию карманников и проституток. Параллельно на окраине города строятся современнейшие тюрьмы по американскому образцу.
Благие начинания СССР в создании производства в сельской местности (кошары, заводы кормов, комплексные предприятия по производству и переработке мяса и молока) превращены в своём большинстве в руины. Растащены созданные СССР промышленные предприятия, за исключением самых крупных.
Дикая орда дорогих автомобилей несётся по улицам Улан-Батора, готовая уничтожить всё прежнее, направленное на благосостояние простых людей. Деньги на дорогие машины добываются, вероятно, коррупционным путём: в дорожном строительстве и на «откатах» при продаже участков под добычу полезных ископаемых.
Демократические преобразования в стране спотыкаются из-за отсутствия денежных средств на самое необходимое из-за разворовывания даже этих мизерных средств повсеместно.
Простой народ живёт бедно. Это видно даже на улицах, где встречаешь много плохо одетых людей, где просят подаяния дети, где эти же люди порой спят на улице.
Наше путешествие заканчивается 29 июня, когда мы на следующий, после посещения достопримечательностей Хархорина и его окрестностей (хошоо цайдам музея, по названию места раскопок, Тасалбар) день уезжаем в Улан-Батор.
Мы увидели красивые природные ландшафты, любовались снежными вершинами Гоби-Алтайского хребта, радовались сохранившейся во многих аймаках флоре и фауне.
Мы видели начало строительства трансмонгольских магистралей; видели разбуженные цивилизацией глухие уголки пустыни и гор; отмечали несомненный прогресс и какие-то преобразования, которые при должном отношении чиновников могли бы реализоваться быстрее.
До свидания, Монголия! Счастья тебе и пожелания лучшей и достойной жизни твоим людям!
