Богатое воображение и неожиданно свалившаяся на голову любовь занесли юную Викторию Джонс на край света, в Багдад, накануне событий мирового значения. Девушка оказывается в эпицентре кровавой политической игры, устроенной организацией фанатиков, рвущейся к власти над миром. Любовь и приключения, шпионаж и убийства, археология и политика — все переплелось в книге великой рассказчицы Леди Агаты!
Капитан Кросби вышел из банка с удовлетворенным видом человека, пришедшего погасить чек и неожиданно выяснившего, что денег на его текущем счете осталось больше, чем он ожидал.
Невысокий, коренастый, с багровым лицом, щетинистыми усиками и уверенной походкой, он выглядел типичным представителем военного сословия. Костюм капитана был не столь строгого покроя, как следовало бы, но зато Кросби умел при случае рассказать забавный анекдот, был добродушен, приветлив, и знакомые находили его симпатичным, хотя и не слишком солидным. Он имел и дополнительное достоинство: был холостяком. А в общем, ничего особо примечательного. Таких как Кросби на Ближнем Востоке десятки.
Капитан шел по Банк Стрит, улице, на которой и впрямь разместилось большинство городских банков. Внутри зданий люди работали при мягком освещении, в прохладе и тишине, нарушавшейся лишь стуком бесчисленных пишущих машинок. Улица же была залита солнечным светом. Пыль, шум, непрерывные гудки автомобилей, перебранки, возникающие ежеминутно и тут же заканчивающиеся примирением, сплошной поток автомобилей, лошадей, ослов и прохожих, крики продавцов, предлагающих финики, апельсины, бананы, сласти, туалетную бумагу, гребешки, бритвенные лезвия и бог знает что еще.
Таков Багдад в одиннадцать часов утра.
Кросби остановился и купил свежую газету у пробегающего мимо мальчишки, тащившего под мышкой целую кипу только что отпечатанных листков. Затем капитан свернул на Рашид Стрит, главную улицу города, растянувшуюся на четыре мили вдоль берега Тигра.
Еще раз остановившись, чтобы пробежать взглядом газетные заголовки, он вновь зашагал вперед, свернул направо, в узкий переулок, и оказался перед зданием с бронзовой табличкой на двери, расположенным в глубине большого двора. Отворив ее, капитан вошел в контору.
Молодой секретарь-араб оторвался от пишущей машинки и с дружелюбной улыбкой проговорил:
— Добрый день, капитан. Чем могу служить?
— Мистер Дейкин у себя? Отлично!.. Спасибо, дорогу я знаю.
Поднявшись по крутой лестнице, капитан прошел по пыльному коридору и постучал. Голос из-за двери ответил:
— Войдите!
Под потолком высокой комнаты с полуголыми стенами и зашторенными окнами горела электрическая лампочка. У стены стоял длинный низкий диван, рядом — столик с газовой плиткой и чайником, а в глубине — большой, заваленный бумагами письменный стол. За ним сидел человек в помятом костюме, выглядевший предельно усталым. На лице его была отрешенность, свойственная людям, испытавшим немало ударов судьбы.
— Итак, вы уже съездили в Кербук? — спросил Дейкин после того, как они обменялись рукопожатиями.
Кросби кивнул, а затем тщательно притворил дверь. Невзрачная, с облупившейся краской, дверь эта обладала одним свойством, которое трудно было заподозрить с первого взгляда, — она была столь же прочной и плотной, как дверца сейфа.
Как только дверь затворилась, в поведении собеседников произошла небольшая, но ощутимая перемена. Капитан Кросби выглядел теперь скромнее и сдержаннее, зато выражение лица Дейкина стало тверже и увереннее. Главным здесь был, очевидно, он.
— Есть что-то новое, сэр? — спросил Кросби. — Да.
Закончив расшифровывать последние буквы лежавшего перед ним закодированного текста, Дейкин добавил:
— Встреча состоится в Багдаде.
С этими словами он зажег спичку и поднес ее к листку с расшифровкой. Затем он растер рукой крохотную кучку пепла и продолжал:
— В конечном счете они выбрали Багдад. В следующем месяце, двадцатого числа. Нам предложено принять меры по предотвращению утечки информации.
— Да ведь на здешних базарах уже три дня как только об этом и говорят!
Дейкин улыбнулся с лицом человека, давно утратившего всякие иллюзии.
— Разумеется! Такого понятия как тайна на Востоке просто не существует! Согласны, Кросби?
— Само собой, сэр. Я временами начинаю сомневаться, существует ли оно хоть где-нибудь вообще. Во время войны я частенько замечал, что какой нибудь лондонский парикмахер знает о положении на фронтах ничуть не меньше верховного командования.
— В данном случае это, впрочем, не играет особой роли. Если совещание и впрямь состоится в Багдаде, об этом вскоре будет объявлено официально. Вот тогда для нас начнется настоящая забава!
— Да состоится ли оно вообще? — полным недоверия тоном спросил Кросби. — Вы серьезно верите, что дядя Джо намерен приехать сюда?
Дядей Джо Кросби называл главу одной из великих европейских держав.
— На этот раз, — убежденно ответил Дейкин, — думаю, что да. И добавлю, что, если встреча пройдет без серьезных помех, она может спасти нас… от многого. Если бы удалось достичь какого — то соглашения…
Дейкин умолк, так и не докончив фразу.
— Вы полагаете, сэр, извините, что я задаю подобный вопрос… вы действительно верите, что стороны могут о чем-то договориться?
