Тем не менее мы очень серьезно отнеслись к иранской теме. Ельцин дал указание ужесточить режим секретности и строжайшим образом контролировать экспорт предметов двойного назначения. ФСБ, действуя без всяких иностранных «наводок», обезвредила группу лиц, пытавшихся получить военные технологии. Так или иначе, но Россия, как и многие другие страны, отнюдь не заинтересована в том, чтобы у Ирана появились ракеты с большим радиусом действия.
Вместе с тем создается впечатление и об искусственно нагнетаемой кампании вокруг «помощи россиян» в производстве Ираном своих ракет. Некоторым такая кампания стала нужна особенно в тот момент, когда США начали хотя бы чуть-чуть оказывать давление на правительство Нетаньяху, которое не во всем поддержало их миротворческие усилия на Ближнем Востоке.
В мае 1999 года выборы в Израиле привели к смене правительства. Премьер-министром стал Барак. Возросли надежды на продолжение мирного процесса. Но надежды оказались беспочвенными.
Они заняли не только много времени, но и стали одними из самых главных для министра иностранных дел России.
Уверен, что развал Советского Союза был катастрофически негативным явлением. Не думаю, что самое продуктивное в настоящее время искать виновных в этом. Сказались, безусловно, различные и далеко не одномоментные причины.
Образование Содружества Независимых Государств (СНГ) было продиктовано скорее стремлением притупить остроту негативной внутренней реакции – внешняя в основном была противоположной – на распад великого государства. Вместе с тем Содружество не ставило задачу восстановить уже на новой рыночной основе единое масштабное поле, столь необходимое для развития производства во всех странах СНГ. Можно было многое сделать в девяностых, но и они оказались упущенными – России, к сожалению, было не до того, а другие государства СНГ не проявляли должного стремления к сближению экономик, к созданию единых рыночных инфраструктур. В результате произошла переориентация экономических связей, что еще больше отдаляло получившие суверенитет бывшие советские республики от идей сохранения единого экономического пространства. Взаимный товарооборот стран СНГ упал более чем на 60 процентов, а доля государств, не входящих в Содружество, к 1997 году достигла половины внешнеторгового оборота стран СНГ. Удельный вес России во внешнеторговых связях остальных стран СНГ снизился, составив менее 40 процентов.
Большинство стран СНГ понимает, что их экономическая ситуация была бы еще хуже без Содружества. Значительные суммы экономятся за счет сохранения единых систем транспорта, энергетики, связи, производственно-кооперативных отношений между рядом предприятий, отказа от сплошного обустройства «внутренних» границ в Содружестве. Но, как показывает практика, такого понимания явно недостаточно. Необходимо четко продуманное, динамичное, поэтапное, с определением временных границ продвижение от более простого к более сложному на пути возвращения, но уже в принципиально новых условиях, к единому экономическому полю. Однако пока всего этого нет.
Сложилась ситуация, когда одноразово уже невозможно создать единое экономическое пространство в Содружестве. Ретроспективный взгляд показывает, как много зависит от выполнения уже принятых решений и последовательности продвижения к более сложным. 15 апреля 1994 года, например, было подписано Соглашение о зоне свободной торговли. Его осуществление не просто тормозилось, а быстрыми темпами отставало от развития экономической ситуации в странах СНГ. Между тем без реализации этого соглашения мы стали принимать решения о следующих ступенях экономической интеграции.
Опыт Европейского союза, да и всех других интеграционных объединений свидетельствует о том, что наряду с регулированием интеграционных процессов на межгосударственном уровне происходит развитие межнациональных частнопредпринимательских структур в виде транснациональных компаний. Эти два взаимосвязанных потока и создают наилучшие условия для развития производительных сил в современном мире. В СНГ процесс образования транс– или межреспубликанских компаний тоже находится лишь в зачаточном состоянии.
К тому моменту, когда я перешел в высотное здание на Смоленской площади, перед МИДом стояли две главные задачи в связи с СНГ: создание условий для продвижения интеграционного процесса и урегулирование конфликтных ситуаций – грузино-абхазской, грузино-южноосетинской, вокруг Нагорного Карабаха, приднестровской проблемы, междоусобного кризиса в Таджикистане.