Лица незнакомца девушка не разглядела, так как одет он был в темную короткую куртку с капюшоном, который, естественно, скрывал всё лицо. «Прямо как в эльфийской легенде, — подумала Кейт, — когда прекрасный принц спасает принцессу, похищенную злыми троллями». И усмехнулась про себя: «Тоже мне, принцесса!»
Между тем «принц» вовсю орудовал ножом, разрезая веревки на ее запястьях. Когда с ними было покончено, он принялся за кандалы. Чем он там ковырял, Кейт не видела, а пока что облегченно растирала затекшие, ничего не чувствующие руки. Нож мужчина засунул за пояс, Кейт это прекрасно разглядела. У нее мгновенно созрел план. Если ей повезет, то клятва будет исполнена.
Незнакомец действовал тихо и осторожно, поэтому дело продвигалось медленно. Наконец, замок держащий хомут на правой ноге, тихо звякнув, расстегнулся. Освободив ногу от тяжелой железки, Кейт чуть было не застонала в голос от счастья, облегчения и… боли. Она принялась осматривать ободранную до крови лодыжку. Спаситель тем временем перешел на другую сторону борта повозки, где его было прекрасно видно от костра. И снова принялся за дело.
С этим хомутом все оказалось сложнее. Заржавелый замок не поддавался, а небо на востоке уже начало светлеть. Кейт с надеждой пыталась всматриваться в темноту капюшона, но безуспешно, лица она все равно не разглядела, кроме самого кончика носа. Ей даже не приходило в голову, кто бы это мог быть? Может, кто-нибудь из деревни, кто видел, как ее похитили? Она перебрала в памяти всех парней, которых знала, но никто не подходил на роль спасителя.
Эмонд ее на дух не переносил, разве что охранные знаки не творил, когда она рядом проходила. Дорек был заранее помолвлен с ее соседкой, старшей дочкой соседа Тодора — Рисой. Склонный к пьянству Бедор вряд ли поволочется за ней вслед, не уверенный, что у нее не найдется чего выпить. А остальные были либо слишком малы, либо слишком стары. Была, правда, надежда на Манула, но того она бы сразу узнала, да он и прятаться не стал.
Незнакомец, тем временем, вытащил нож и попытался разжать половинки хомута, чтобы можно было вынуть стопу, не снимая с него замка. Фокус не удался. Он положил нож рядом, и вновь вынув отмычку, стал терзать замок. Девушка морщилась от боли, которую причиняла возня с железными скобками.
— Потерпи, — шепнул он.
По голосу она так и не поняла кто перед ней. Голос как голос — сиплый.
Она только кивнула, молча кусая губы.
Пытаясь хоть как-то отвлечься, Кейт тревожно всматривалась в полумрак за спиной незнакомца, где спали ее мучители. Как назло, оба ворочались с боку на бок и беспокойно всхрапывали. Костер давно прогорел, лишь кое-где слабо вспыхивали красноватые отблески в углях, словно подмигивая, — мол, видим, но молчим.
По своим наблюдениям Кейт помнила, что к утру, когда более всего холодает, старший всегда будил младшего, чтобы тот подбросил поленьев в затухающий огонь.
Замок все не давался.
И тут случилось то, чего так опасалась Кейт.
Видимо совсем продрогнув, младший, недолго повозившись на жесткой лежанке, сел, и откинув тонкое покрывало в сторону, с полуприкрытыми глазами пополз к лежавшим неподалёку дровам.
Кейт и незнакомец, затаив дыхание, наблюдали за ним, что не мешало «принцу» все также беззвучно, и уже по инерции, ковырять отмычкой злополучный замок. И когда покормив огонь, Петер пополз в обратный путь, и Кейт начала думать, что их пронесло…
Подкинув в костер несколько поленьев потолще и раздув затухающее пламя, Петер направился было обратно, но тут же застыл, как стоял: на корячках с перепачканным золой лицом. Возле телеги, рядом с девчонкой кто-то был. Что он там делал, было очевидно, так как руки у девчонки были уже свободны.
От неожиданности, толком еще не проснувшись, он только издал нечленораздельное мычание и повел рукой по воздуху, словно отгоняя незваное видение. Но через пару мгновений уже пришел в себя. Поднявшись с колен и прихватив увесистую палку из поленницы, Петер с рычанием кинулся на них.
И в это самое мгновение, упрямый замок, тихо щелкнув расстегнулся, выпуская на свободу Кейт.
От громкого рева сына, проснулся и старший, приподнявшись на локте, он сонно тер заспанные глаза, удивленно озираясь вокруг. Из-за спины своего отпрыска в слабом свете еще не разгоревшегося костра, он не видел незнакомца и не понял, почему Петер с утра пораньше, ревя, словно племенной бык, несется к повозке с палкой в руках.
А через мгновение, оценив ситуацию, сам вынул из-под одеяла здоровенный нож и, отборно матерясь, кинулся на подмогу младшему.
Все это Кейт видела так, словно время замедлило свой ход, как через тягучую патоку.
Медленно переставляя ногами и открыв рот в немом крике, шел к ней Петер. Еле-еле вытягивая нож из-под одеяла, с перекошенным от злобы лицом, вставал с лежанки Харл.
В ушах шумело. Дыхание хрипло отзывалось в груди. Затылок, словно сжало тисками.
