Другим инцидентом этой относительно спокойной пятницы, который инспектор Квин не без оснований вспоминал впоследствии, был телефонный звонок Эллери Квину в 6. 30 вечера.
За последние 24 часа поведение Эллери Квина резко изменилось. Он больше не нервничал и не шагал по комнате с бешеной энергией и отсутствующим взглядом, как в недавние тяжелые дни.
Всю пятницу он провел у окна гостиной, читая и каждые два часа печатая на своей скрипучей старой машинке. Инспектор Квин, забежавший домой, чтобы наскоро закусить и дать консультацию по телефону, своим подчиненным в Главном полицейском управлении, заглянув через плечо сына, увидел, что Эллери пишет детективный роман, тот самый, который он начал несколько месяцев назад и который в последнее время был полностью заброшен. (Рукопись «Убийство марионеток» – одного из детективных романов Эллери, изданных под его собственным именем. –
Старик усмехнулся в седые усы. Это было хорошим знаком. Уже давно он не видел на лице сына такого спокойного и безмятежного выражения.
Знаменательный разговор по телефону состоялся, когда инспектор снова появился в квартире. Лицо его вытянулось от уныния, которое сменилось напряженным .вниманием, как только он услышал голос Эллери в спальне.
Такой свежий, радостный и возбужденный голос можно было услышать у Эллери только в редких случаях.
Инспектор мягко закрыл входную дверь и остановился, прислушиваясь и затаив дыхание.
– Пит? Где вы находитесь? – Сначала в голосе Эллери послышались нотки беспокойства, но сразу же сменились весельем. – Чудесно! Чудесно, Пит! Коннектикут, а? Достаточно благоразумно… Трудно со временем? Ну, не имеет значения… Молодчина! Храните это пуще глаза. Вы получили бумагу? Отлично!.. Нет. Сделайте копию и Вручите мне ее, как только вернетесь в город… хоть в три часа ночи. Ради вас я проснусь когда угодно… Хорошо. Поскорей!
Инспектор услышал стук трубки, положенной на рычаг, и громкий крик Эллери:
– Джуна! Все кончено!
– Что кончено? – осведомился старик, когда Эллери ворвался в гостиную.
– О, папа! – Эллери схватил отца за руку и энергично ее пожал. – Мое дело закончено! Конец. Пит Харпер…
– Пит Харпер? – мрачно переспросил инспектор. – Если у тебя есть для кого-нибудь работа, то почему ты не поручаешь ее моим ребятам?
– Ну, папа, – улыбнулся Эллери, усаживая старика в кресло, – не ожидал, что ты можешь задать такой вопрос. Ведь дело было еще не завершено, и я не хотел, чтобы поручение, которое выполнял Пит, носило официальный оттенок. Если бы оно окончилось неудачей, пришлось бы давать уйму объяснений… Но теперь все трудности позади. Когда Пит к ночи приедет сюда и привезет мне. один весьма интересный документ… Немного больше терпения, сэр.
– Хорошо, сынок. – Старик выглядел усталым. Он откинулся в кресле и закрыл глаза. – Мне нужно отдохнуть… Однако ты не казался особенно удовлетворенным положением дел 24 часа назад.
Эллери поднял длинные руки, словно поклоняясь невидимому идолу.
– Но тогда я еще не добился успеха! – воскликнул он. – А сегодня, наконец, да! Ибо, цитируя неукротимого Дизраэли: «Успех – дитя смелости», а– я был настолько смел в своих предположениях, что ты, дорогой папа, даже не можешь себе этого представить… В дальнейшем я всегда буду придерживаться галльской поговорки: «Дерзай всегда!»
При приближении к кульминационной точке расследования Квина неизбежно охватывало чувство напряжения, которое ощущалось во всей атмосфере квартиры.
Никем не скрываемое возбуждение проявлялось в прыжках Джуны, молчаливой раздражительности инспектора, в энергичной уверенности Эллери.
Эллери позвал отца и его приближенных на тайное совещание. Его планы были покрыты мраком неизвестности. Если в пятницу вечером он и поведал отцу кое-какие свои выводы, то ни отец, ни сын не раскрыли секрета. Никто не упомянул и о появлении в их квартире Пита Харпера в половине третьего ночи. Возможно, инспектор не был осведомлен о ночном визите репортера. Он лежал в постели, когда Эллери в халате и шлепанцах впустил Харпера, дал ему виски и пачку сигарет, взял у него документ на тонкой хрустящей бумаге и столь же невозмутимо выпроводил его из квартиры.
В субботу, в два часа дня, инспектор Квин и Эллери угощали ленчем двух гостей – окружного прокурора
Сэмпсона и сержанта Вели. Джуна с открытым ртом вертелся около них.
Сэмпсон внимательно посмотрел на Эллери.
– Вижу, что в воздухе кое-чем повеяло.
Настоящим ураганом, – улыбнулся Эллери. – Допивайте ваш кофе, достопочтенный окружной прокурор. Мы отправляемся в путешествие за открытием.
– Вы имеете в виду, что все кончено? – недоверчиво осведомился Сэмпсон.
– Более или менее. – Эллери повернулся к сержанту Вели. – Вы получили доклад о поведении Кнайзеля в течение прошлого дня?
– Да, – Гигант протянул через стол лист бумаги. Эллери изучил его, прищурив глаза, и отодвинул на-, зад.
– Ну, теперь это не имеет значения.
Опустившись в кресло, Эллери откинулся на спинку и мечтательно уставился в потолок.
