Встречные огни полностью

Г е н р и э т т а. Да, но они видели…

Г а л и н а. Что?

Г е н р и э т т а. Видели… что я сама здесь еле-еле…

Г а л и н а. Чимерлыга тебя послушает!

Г е н р и э т т а. Мумочка ты моя! Все уверены, что я пользуюсь влиянием. Но поверь, я сама — жертва. Я ничего не могу…

Г а л и н а. Можешь.

Г е н р и э т т а. Почему ты не хочешь поверить?

Г а л и н а. Довольно! Придет время, и Геню Шварцберг спросят… обо всем! Подумай хорошенько. Я подожду.

Г е н р и э т т а. Ты угрожаешь?

Г а л и н а. Предупреждаю.

Вступает музыка.

Г е н р и э т т а.

Г а л и н а.

Г е н р и э т т а.

Г а л и н а.

Г е н р и э т т а.

Г а л и н а.

Г е н р и э т т а.

Г а л и н а.

Г е н р и э т т а.

Г а л и н а.

З а т е м н е н и е.

Улица. Перед школой  п о л и ц а и  выстраивают колонну арестованных. Среди других здесь  М а р ы с я, И с а а к  М е н д е л е в и ч, Р о з а  Б о р и с о в н а. Из-за угла эту сцену наблюдает  Б е р е ж н о й.

Ч и м е р л ы г а (пробегая, толкает арестованного). В колонну, стервец!

Г а л и н а  подходит к Марысе.

Г а л и н а. Марыся!

М а р ы с я. Галочка? Откуда ты?

Г а л и н а. Неважно! Беги!

М а р ы с я. Нельзя. Если в колонне будет меньше на одного человека… они всех перестреляют.

Г а л и н а (решительно). Я стану на твое место!

Б е р е ж н о й (услышав ее слова). Галочка!

Г а л и н а. Другого выхода нет!

Б е р е ж н о й. Это невозможно!

Г а л и н а. Ты поклялся! (Становится рядом с Марысей.)

М а р ы с я. Галя, не надо! Слышишь? Может быть, как-нибудь по-другому!

Г а л и н а. Сегодня ночью облава. Ты еще успеешь предупредить наших. Ты должна это сделать!

М а р ы с я (целует Галину). Родная моя! (Хочет выйти из колонны.)

Г а л и н а. Стой! Чимерлыга возвращается.

Марыся задерживается. Ч и м е р л ы г а  проходит, подсчитывая арестованных.

Ч и м е р л ы г а. Шестьдесят восемь, шестьдесят девять…

Б е р е ж н о й. Я его задержу!

Ч и м е р л ы г а. Шестьдесят десять… тьфу! Семьдесят!

Б е р е ж н о й (лихо заломив кепку). Петруха Кнур! Здоров! (Обнимает его.) Сколько зим, сколько лет! (С назойливостью пьяного человека пытается поцеловать Чимерлыгу.)

Ч и м е р л ы г а (вздрогнув). Что? Какой я тебе Петруха?

Б е р е ж н о й. Видишь, ты уже и не Петруха! А когда мы с тобой вшей кормили в крыжопольской тюрьме, ты был именно Кнур!

Ч и м е р л ы г а. Я никогда не был в Крыжополе!

Б е р е ж н о й. А где ж ты сидел? В Жлобине?

Ч и м е р л ы г а (разъяренно). Нигде я не сидел!

Б е р е ж н о й. С такой интеллигентной мордякой — и не сидел в тюрьме?!

Ч и м е р л ы г а (толкает его). Пошел вон, босота!

Б е р е ж н о й (заплетающимся языком). Кирпу гнешь? (Умиленно.) Я тебя заставлю признать старого кореша! Петруха, неужели ты забыл камерные танцы… Как мы их выкаблучивали в шестой камере?

За это время Галина незаметно занимает в колонне место Марыси. Марыся скрывается в темноте. Потеряв надежду избавиться от пристающего к нему Бережного, Чимерлыга выхватывает пистолет.

Ч и м е р л ы г а. Кончай, говорю! (Взводит курок.)