– Настя, опера Рихарда Вагнера? – спросила вторая продавщица, подняв голову от газеты. – Семь букв…
– Зигфрид, – подсказал Сергей.
– Зигфрид, – с усмешкой передразнила Настя. Она находила это забавным. – Какой у нас умный посетитель. Может, вы и в духах также разбираетесь? Или вам что-нибудь подсказать?
– А вам идёт пилотка, – сказал Сергей. – Вы в ней очень воинственны.
Девушка стрельнула на него гневным взглядом.
– Вы долго будете здесь стоять?
– Вообще-то я здесь за тем, чтобы оформлять ваш интерьер.
– Вы дизайнер? – удалённо спросила она, закончив свою косметическую процедуру.
– Нет, я Иванов.
Девушка хмыкнула и стала складывать принадлежности в косметичку. Её темно-русые, блестящие от лака волосы косой чёлкой выглядывали из-под пилотки, а сзади были уложены в хвост. Большие серые глаза поблёскивали под сводом пушистых ресниц. Длиннющие ресницы придавали её хорошенькому личику наивное глуповатое выражение. Нос был курносый, плосковатый, но аккуратный. Губы полноватые, а рот, когда она кривила губы в усмешке, приоткрывал белоснежные зубы. Верхний ряд зубов был заметно крупнее нижнего, чуть-чуть выпирал вперёд, если смотреть сбоку, но, в общем, это не портило её миловидную внешность.
– Так с кем я могу поговорить насчёт дизайна? – спросил Сергей.
– Езжайте в офис, там и говорите.
– А адрес я могу узнать?
Девушка с недовольством взглянула на Сергея, что-то черкнула на листочке бумаги и протянула его ему.
– Спасибо, я могу взглянуть подсобку? Она тоже нуждается в реставрации.
– С какой стати?! Почему я вас должна пускать в подсобку?
– Вас что, не предупредили?
– О чём?
– Настя, успокойся, – посоветовала любительница кроссвордов. – Пропусти человека, раз ему надо. А то нам влепят выговор за грубое обращение с дизайнером.
«Две торгашки», – поморщился Сергей;
– Ваня! – громко позвала Настя. – Проведи товарища в подсобку.
– И не спускай с него глаз, – добавил Сергей, глядя в упор на Настю.
Несколько секунд они недружелюбно поглядывали друг на друга. Настя не выдержала, и первая отвела глаза. В проходе между стеной и витриной появился вялый Ваня, неопределённого возраста, с мутными, красными глазами и опухшим лицом. «Ой, Вань, умру от акробатиков, – с усмешкой подумал Сергей, – наверняка хлещет парфюм». Ваня махнул рукой, приглашая посетителя следовать за собою. Они прошли в подсобку, по пути заглянув в комнату отдыха персонала. Едва очутившись в этом помещеньице, Сергей с горечью подумал, что его проектировал отъявленный человеконенавистник. Маленькая клетушка. Три на два метра. Добрую половину, которой загромождал вентиляционный короб. «Здесь не только отдохнуть, тут и развернуться негде. Теперь ясно, почему Настя такая злая», – подумал Сергей.
– Вентиляция работает? – спросил он у Вани.
– А вы пожарник? – дыхнув крепчайшим стойким перегаром, поинтересовался Ваня.
– Я строитель, – проговорил Сергей и отошёл подальше от Вани, опасаясь, что тот вновь откроет рот и выпустит огнедышащего дракончика.
Сергей осмотрел подсобку и вернулся в зал. Настя метнула на него дерзкий насмешливый взгляд и уставилась в свой кассовый аппарат «Самсунг». Она сидела за ним словно за амбразурой пулемёта. Её эрудированная напарница настойчиво добивала кроссворд.
– Спасибо, я всё осмотрел, – сказал Сергей, вышел из-за прилавка и встал возле Насти.
– Не за что, всегда рады. – Не поднимая глаз на Сергея, она достала из-под прилавка яблоко, спелое и красное, сочно надкусила его.
Сергей медлил, хотел распрощаться и уйти, но не решался, не торопился. Он наблюдал за Настей, за её смущением, за растерянностью, плохо прикрытой равнодушным видом, за её «капитуляцией» перед ним как перед незнакомым мужчиной, настойчивым, упрямым, а не как перед посетителем. Сергей это почувствовал. Что-то притягивало его и не отпускало от этой молоденькой хорошенькой продавщицы. Её молодость и «свежесть», подумал он, толком и не определив для себя значение этого слова. Он лишь с горечью засомневался, что для неё, пожалуй, слишком староват. Она сидела и грызла яблоко, а он стоял напротив неё. Между ними как демаркационная запретная зона граничил прилавок.
– Я приезжий, город не знаю. Вы не подскажите, где здесь можно пообедать? – спросил он;
– Чебуречная за углом, – ответила Настя, продолжая грызть яблоко.
Сергей задумался. «Пригласить её за компанию на обед или не стоит? Терять нечего. Откажет так откажет».
– А вы мне не составите компанию? У вас, наверное, тоже должен быть обед?
Настя перестала жевать яблоко, пристально поглядела на Сергея и заморгала глазами. Её подруга отвлеклась от кроссворда и с ухмылкой взглянула на посетителя.
– У меня обед с часу, – произнесла Настя и нерешительно поднесла оставшуюся половину яблока ко рту.
– А если в час? – Сергей внимательно, напористо смотрел на неё.
– Боюсь к тому времени вы умрёте с голоду, – сказала Настя, с улыбкой, нахально поглядев ему в глаза. Её взгляд лишь поощрил, раззадорил его.
– Наоборот, аппетит только разыграется, – заявил он.
Настя надкусила яблоко, замерла, поглядела на Сергея, перевела взгляд на свою напарницу по прилавку.
