Все это было как в тумане, но все же было. Го Хэн вспоминал их как сон. Ему перекрыли на тот момент память о том, до чего он довел Чжу Баи. Раньше он говорил себе, что если бы понял раньше — он и изменился бы раньше. Встретил Чжу Баи, вернувшегося из своего побега, не веревками и агрессией. Обнял бы и спросил, что там случилось. Потому что понятно, что просто так ничего не могло быть. Чжу Баи долго ждал момента, когда сможет вырваться. И вот, когда он был в родном поселении, мог вернуться в свою важную функцию, в конце концов снова человеком себя ощутить, он вдруг отказался от всего этого. Сам. Почему? Го Хэн даже не спрашивал его об этом.
Ему нужно было поговорить с этим Чжу Баи. Объясниться сразу. Он же подозревал. Даже проговаривать это не нужно было, просто подтвердить: «Да, это так, но я за это наказан и переосмыслил». Но он боялся, что Чжу Баи от него отвернется и он опять его потеряет. Теперь Чжу Баи точно отвернулся. Нужно поговорить с ним. Го Хэн еще не знал, какие слова подберет, но его изнутри раздирало от всех этих мыслей. Чжу Баи в его мире, еще и с этой внешностью антикварной куклы. Чжу Баи в его мире, где у каждого свой взгляд на их ситуацию. Чжу Баи в его мире, где за ним и раньше была охота, и Дрэгон отказался от его поисков только потому, что не хотел ссорится с ребятами Го Хэна. Чжу Баи в мире, где сломано все, где все перевернулось с ног на голову и опасно практически везде. Единственное спасение для него сейчас — селение, с которым у Го Хэна был договор.
— Я не знаю, — ответил Тенг Фэй. — Но тебе лучше как можно скорее найти ответ.
— Разве мы не можем спросить того ублюдка? — предложил Го Хэн, но Тенг Фэй отрицательно покачал головой.
После этого Го Хэн выбрался из кровати и, несмотря на возражения учителя и друзей, растолкав их, вышел из комнаты. Ему нужно было побыть одному.
На нем было легкое ханьфу, похожее на домашнее или нижнее. Совсем как халат, без пояса, на завязках. Но Го Хэну было в нем неудобно — оно путалось, и все на него пялились, как если бы он в пижаме вышел.
К счастью, догонять его никто не собирался. Он нашел хорошее место — у озера под ивой. Сел под ее ветки так, чтобы его не было видно. Солнце клонилось к закату, становилось прохладнее, и Го Хэн подобрал под себя ноги, чтобы они не мерзли. Что, если он вернется в свой мир, а Чжу Баи не там? Он останется один в своем мире и это будет еще невыносимее, потому что он уже будет знать, что есть другие миры. Миры, в которых Чжу Баи жив. В которых они как тут — просто хорошие друзья, наравне с братьями, всегда вместе и всегда одни. Пожалуй, ему хватило бы этого — просто быть рядом…
Хотя Го Хэн специально искал место, чтобы спрятаться, но его нашли. Он не слышал шагов, только как зашуршала листва отодвигаемой ивы, и рядом с ним прямо на землю сел Бэй Чан. Некоторое время он молчал, делая вид, что не замечает, как напрягся Го Хэн. И все же — именно Го Хэн заговорил первым после тяжкого выдоха:
— Расскажите. Что это за клан и что там за марионетки?
Бэй Чан улыбнулся, начал чертить на песке палочкой.
— Видишь ли… Лет тридцать назад был такой клан. Сейчас его сложно назвать кланом. В нашем мире есть запретные искусства. Они запретные потому, что нарушают этику, поднимают ужасные вопросы. Вроде ситуации, в которой сейчас оказался ты и Чжу Баи. Не всем это нравилось. Клан в основном сидел в своем логове и сам не воевал, но готов был делиться своим искусством. Сначала их глава считал, что дальше пределов клана ничего из их техник не должно уйти. Но новый глава понял, что можно продавать это искусство. Он очень быстро обогатился, надо признать… И хотя вслух кланы осуждали эти техники, но когда твой противник может создать армию мертвецов — лучше иметь эту технику в запасе тоже, чтобы было, чем ответить.
— У нас тоже есть нечто такое. Ядерным оружием называется, — отозвался Го Хэн.
