Встретимся в раю полностью

– Здоровый как бык и злой как черт. Но я тоже владею парой трюков…

– Какими?

– Я умею притворяться мертвым. И бить по яйцам.

– Вы его ударили по…

Я киваю.

– Прямо по его достоинству.

– Зачем он убивал?

– Он думал, что помогает им и себе.

– Это тот…

– Нет, Андре. Мы взяли одного преступника. Но есть еще один. Поэтому я здесь.

– Я ничего не знаю, – говорит он и поворачивается обратно к книгам.

– Когда мы в полиции первый раз опрашиваем свидетеля, – начинаю я, – мы делаем это, чтобы получить его показания, узнать, как он причастен к данному делу. А вот что мы делаем дальше – проверяем, есть ли в его показаниях что-то, что не сходится. Если мы это находим, задаем себе вопрос – почему свидетель рассказал то, но не это? В чем его мотив? И на следующей встрече, когда мы уже узнали, почему, можем надавить на свидетеля и предоставить ему возможность самому рассказать то, что уже известно. Мы с тобой встречаемся во второй раз, Андре. Я пришел, потому что знаю, почему ты дал такие показания в прошлый раз. Я добыл выписку с логов твоего мобильного и с почты. Также я знаю, что ты хороший парень и делал это, чтобы защитить подругу. Которая совсем одна.

– Он сказал, что отвезет ее к матери.

– Он солгал, – говорю я. – А я не лгу.

– Он убил Сив, – шепчет Андре.

– Где Оливия?

Он снова поворачивается ко мне.

– Где-то в Осло. Мне кажется, она снимает квартиру с друзьями. Мы созваниваемся по скайпу.

– Она рассказывала, что случилось в день их исчезновения?

– Да.

– Ты сможешь рассказать это мне?

Андре сжимает руки, потупив взгляд.

– Да.

Я чувствую, что от груди Сив все еще исходит тепло, пока холодная земля давит со всех сторон. Зажмуриваюсь и пытаюсь дышать через ее одежду. Может быть, отсутствие звуков подсказывает мне, что я готова, я больше не буду ждать, или судороги, сильно сводящие ноги, вместе с нарастающей паникой заставляют меня начать двигаться. Сначала я шевелю пальцами и начинаю пинаться ногами, пытаясь ползти в холодной земле, трамбуя ее между мной и Сив.

Меня мутит, я, насколько возможно, дышу носом. Наконец я больше не могу держаться без воздуха, будто тону, я гребу и раздвигаю землю руками, плыву сквозь холод наверх, к свету.

Я чувствую, что хочу закричать, как только прорываюсь наружу, хочу опустошить легкие и набрать свежего, чистого воздуха, но я не произношу ни единого звука, увидев сквозь деревья его, стоящего у дома.

Он замер на террасе и качает головой, глядя на доски, где лежала Сив. Наконец он берется за ручку двери и исчезает в кухне. Меня рвет, снова и снова, пока желудок полностью не опустошается. Я вылезаю из могилы, руками зарываю рвотную массу в землю. В последний раз смотрю на твой дом, встаю и бегу.

– Он отвез их в дом ее матери в Тьёме. Сказал, что покажет им, где она живет и познакомит их. Оливия рассказала, что была в туалете, когда что-то произошло с Сив. Когда Оливия вышла, Сив лежала на земле у террасы. Из ее головы текла кровь. Он сказал, что это несчастный случай, и стал душить Оливию, всхлипывая и плача. Когда Оливия очнулась, она лежала на земле рядом с Сив недалеко от дома, в лесу, пока он копал могилу рядом. Он бросил их в яму и закопал. Но Оливия выбралась. Несколько дней спустя она позвонила мне по скайпу и сказала, что ей нужны деньги и ее одежда. Я зашел в ее комнату, забрал кое-какие вещи и отвез их на встречу с ней. Там она рассказала, что случилось и что мы не должны никому доверять, не говорить с полицией. Ни с кем.

– А сейчас? Что она делает сейчас?

– Говорит, что работает. Я думаю…

– Понимаю. Ты за нее переживаешь и защищаешь ее. Но мне нужно найти ее, и в этом мне понадобится твоя помощь.

– Я рассказал ей о вас. Сказал, что вы ищете ее и что вы вроде нормальный.

– Да, она мне звонила. Когда ты в последний раз с ней разговаривал?

– Вчера. Она так радовалась. Сказала, мы сможем скоро увидеться.

– Как думаешь, что она имела в виду?