Он знал, что она его любит — но достаточно ли этого, чтобы она могла простить его?
Элизабет широко улыбнулась, обхватила его за шею, встала на цыпочки и поцеловала его в губы:
— Я подумаю.
— Думай сколько пожелаешь.
Она потерлась об него кончиком носа:
— Если ты еще раз меня бросишь, я тебя, наверное, убью. Вырежу сердце.
— Можешь вырезать хоть сейчас, оно и так твое.
Элизабет поцеловала его в губы с такой нежностью, что у Ксандера все внутри растаяло.
— Я подумала, — сказала она, когда они прервались, чтобы отдышаться. — Я согласна. С тобой я чувствую себя цельной.
И они снова коснулись губ друг друга. Ксандер знал, что это те самые губы, которые он хотел бы целовать до конца своих дней.
Элизабет не переставая улыбалась. Она делала это настолько долго, что у нее даже заболели щеки. Но ей было все равно, потому что она была счастлива, хотя самое главное еще даже не произошло.
Ксандер торжественно взял из рук Лукаса простое золотое кольцо и надел его ей на палец. Она никогда не будет его снимать.
Теперь ее очередь. Она повернулась к Ксандеру и тоже надела кольцо ему на палец. Она была уверена, что и он никогда не будет его снимать.
Это была церемония обновления супружеского обета. Элизабет и Ксандер повернулись к своим гостям, которые встали со своих мест и разразились аплодисментами.
Церковь была полна людей. В первый раз они обменивались клятвами на пляже в присутствии только сотрудников отеля, так что в этот раз им захотелось устроить пышный праздник и пригласить всех, кого только можно.
Элизабет была одета в классическое белое свадебное платье со шлейфом, под которым все время прятался Лукас. Ксандер великолепно смотрелся в черном смокинге.
Держа его за руку, Элизабет вгляделась в толпу гостей. Вон Катерина — не до конца оправившаяся от болезни, но надеющаяся на улучшение. После того как она снова попала в больницу с тяжелым рецидивом в первый же день после выписки, она настолько испугалась, что ей пришлось посмотреть правде в глаза и признать свой алкоголизм. Сейчас она держалась уже два месяца. Еще четыре — и она сможет претендовать на пересадку печени. Оставалось только надеяться, что у нее получится.
В первом ряду слева были родители Ксандера, притворявшиеся, что искренне радуются, хотя наверняка кипевшие от злости, что их прогнозы не оправдались. Но перемирие было объявлено, и все старались его соблюдать. Рядом с Мирелой и Драганом сидели отец Элизабет и его жена — которая немедленно пересела на другой конец ряда, увидев мать Элизабет, сидевшую в том же ряду справа.
Элизабет было крайне любопытно взглянуть, как будут вести себя Мирела и ее собственная мать во время банкета. Ксандер был готов делать ставки, кто из них первой якобы случайно прольет что-нибудь на платье новой родственницы.
Не в силах удержаться, Элизабет помахала Пайпер Манчини — та прибыла с недавно рожденным малышом, и ее муж Данте выглядел готовым на все ради своего семейства. Элизабет ждала удачного момента, чтобы поделиться с ней новостью — скоро и у них с Ксандером в семье ожидается прибавление.
Следом за семьей Манчини были Зайн и Амалия, потом Бенджамин и Юлиана Картер. По слухам, они обе были беременны, но Элизабет не слишком доверяла таблоидам.
Вот и Янис — он воздерживался от наркотиков уже полгода и с каждым днем выглядел все лучше. Рядом с ним Лукас — счастливый и веселый ребенок, вовсе не похожий на того испуганного мальчика, с которым Элизабет познакомилась полгода назад. Ксандер говорил, что Янис стал регулярно видеться с одной давней знакомой, с которой раньше не мог поддерживать отношений — возможно, его стойкость в вопросе излечения была связана и с этим.
А вот и Стив — ее бывший секретарь и большой друг, единственный из команды «Левиафана», кто смог выбраться на праздник. Она познакомила его с Ксандером, и последний был вынужден признать, что его ревность была совершенно необоснованной. Элизабет со Стивом говорили о том, чтобы восстановить «Левиафан» под другим названием — только теперь Стив будет встречаться с клиентами, а Элизабет — его консультировать. Раньше он всегда держался в тени, поэтому история с замужеством Элизабет его не коснулась, и шансы на успех у них были.
Наконец она повернула голову, чтобы взглянуть на самого главного участника сегодняшнего торжества. Ксандер. Ее муж, ее лучший друг, ее любовь, поддержка и опора. Когда она сообщила ему, что у них будет ребенок, он от восторга облил ее шампанским.
Когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, Элизабет подумала, что никогда не пожалеет о том, что сделала этот шаг в неизвестность.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
