Я открыла сумочку. Конечно, не стала тащить всю шкатулку, переложила немного камушков в небольшую коробочку, вытащила её из сумки и поставила на столик перед собой.
— Евдокия Николаевна, прежде чем я открою эту коробку, я бы хотела вас попросить пообещать, что если вы не сможете мне помочь, то забудете о сегодняшнем моем визите и никому о нём не рассказывайте.
Та посмотрела на меня с интересом, вздохнула, поджала губы, потом произнесла:
— Хорошо, пообещаю, но только если это не причинит вреда Их Императорским Величествам и государству Российскому.
Я прям зауважала её за эти слова и открыла коробочку, подвинув её к Евдокии.
Она взяла коробку в руки, заглянула внутрь, достала пару камушков, повертела в пальцах и спросила с недоверием:
— Что это?
— Это золото, Евдокия Николаевна, — просто ответила я.
— И что у вас за просьба? — спросила она, продолжая рассматривать камушки.
— Я считаю, что на моей земле есть месторождение рудного золото, и скорее всего большое, — сказала я.
Евдокия оторвалась от разглядывания камушков и перевела взгляд на меня. Я продолжила:
— Но опасаюсь, что, как только я заявлю о наличии золота, земля может перейти в чужие руки, а со мной может что-то нехорошее случиться. Поэтому не иду в канцелярию по ресурсам, а хочу передать информацию напрямую Его Императорскому Величеству, чтобы ни у кого больше не возникло никаких мыслей по поводу этого золота.
— В смысле… передать Императору? — удивлённо уточнила она.
— Да, я хочу передать рудник государству, — кивнула я.
Глаза Евдокии округлились:
— Вы серьёзно? Вы же можете стать богатейшей женщиной России!
Я скептически посмотрела на неё:
— Всё не так просто с этой землёй. Я получила её в наследство от брата, которого убили. Перед тем, как с ним и его супругой расправились, его планомерно подводили к разорению, чтобы отобрать землю за долги.
Я вздохнула и продолжила:
—Сейчас у меня финансовая ситуация более-менее стабильная, но жить там некомфортно, потому что постоянно что-то происходит, а это означает, что кто-то уже знает про золото, — я взглядом указала на коробочку, — и совсем не хочет, чтобы этот рудник принадлежал кому-то, кроме него.
Я ещё раз посмотрела на Евдокию:
— Хотя доказательств у меня пока нет.
— Значит вы не знаете, кто это может быть? — спросила Евдокия.
— Не знаю. Но, надеюсь, господин Кошко, который взялся за это дело, поможет разобраться, — ответила я.
Евдокия снова вздохнула:
— Интересная у вас жизнь, Фаина Андреевна. Прямо скучать некогда. Да ещё и сам знаменитый Кошко вашим делом занимается.
— Ой, Евдокия Николаевна, скучать точно некогда совсем, — усмехнулась я.
Она замолчала, но уже через несколько мгновений сказала:
— Я поняла. Вы считаете, что тот, кто за этим стоит, находится достаточно высоко во власти, чтобы не дать вам сделать информацию общедоступной?
— Да, Евдокия Николаевна. Именно поэтому мне нужно либо сообщить императору напрямую, чтобы он назначил ответственного, а я бы подписала все необходимые бумаги, либо передать это тому, кто сможет сделать всё без огласки, но при его согласии.
Евдокия задумалась.
— Прямого выхода на императора у меня нет, — сказала она, — но я могу свести вас с Её Императорским Величеством. Расскажете ей, а она уже решит, когда и где вы сможете встретиться с Его Величеством.
— Спасибо хоть на этом, — тихо сказала я, радуясь, что Евдокия не отказала мне.
— А у вас был ещё второй вопрос, — напомнила Евдокия.
— Был, — подтвердила я и достала из сумки несколько флаконов с эликсирами, — вот он.
— Что это? — заинтересовалась Евдокия, увидев симпатичные флакончики.
— Я в имении начала делать эликсиры красоты на основе продуктов пчеловодства. Здесь, смотрите, разные по составу и действию.
— Постойте…Мне кажется, я припоминаю… — прищурилась Евдокия, — это же Вышинская такие привозила?
— Да, я Валентине Егоровне передавала, — кивнула я, — но почему-то заказов от неё так и не пришло, я уже не знаю, что и думать, вроде бы в Екатеринбурге дамам нравится.
— Как не пришло? — удивилась Евдокия, — мы же ей столько надавали! Все дамы во дворце до сих пор ждут…
Она на мгновение задумалась, потом добавила:
— Да, я слышала, что Вышинская приболела. Может, с этим и связано. Забыла, или не успела. А сколько у вас этих баночек?
— С собой немного, — ответила я, — и пока всё это можно купить только в Екатеринбурге, и местное дамское общество с удовольствием пользуется. Мне бы хотелось, чтобы, если вам понравится, вы помогли внедрить это и здесь, в столице.
— Ну, в принципе, я не против, но про всю столицу не скажу, а вот во дворце могу помочь, — усмехнулась она.
Я потупилась:
— В общем-то, на это я и надеялась.
— Ну тогда с вас образцы, а с меня заинтересованность наших дам, — весело произнесла Евдокия.
— Благодарю, это очень ценно, — искренне сказала я.
— Значит будем сотрудничать, — сказала Евдокия, —только вот что, Фаина Андреевна, чтобы, между нами, недомолвок не было.
Я уже собиравшаяся откланяться, замерла: «Интересно, и что ещё за условие?»