Я снова рассмеялась – было забавно видеть такое потерянное выражение на обычно строгом и непроницаемом лице Тимура. Слава богам, тот запоздало догадался о том, что я его лишь разыгрываю. Мягко обняв, Тимур аккуратно прижал меня к себе, собираясь поспать.
–Ты ведешь себя так плохо, когда я изо всех сил стараюсь быть хорошим. Что за несправедливость.
– Виолетта! Где ты была?!
Вопрос огорошил меня, когда я стаскивала ботинки в своем маленьком темном коридоре.
– …Бабушка! Ты как?
В последнее время бабушка все реже и реже приходила в себя – она не помнила своего имени, не помнила меня и то, что отец ушел более полугода назад. Такие редкие «вспышки» всегда заставляли сердце взволнованно биться.
– А ты как думаешь? Вчера с занятий не пришла, ничего не сказала! Я глаз ночью сомкнуть не могла от страха за единственную внучку! – жаловалась моя несчастная старушка.
– -О, прости… Прости, пожалуйста! Я… Я ночевала у… у своего парня. Все в порядке.
Волнение бабушки слегка поутихло, но ей явно не нравилось то, что я позволяю себе не приходить домой на ночь.
– Что это за парень такой бессовестный?! Разве он не думал о том, что тебя могли ждать дома?
Наш пес Тайфун недовольно тявкнул пару раз в поддержку бабушки:
Видя их обоих такими, я не могла мысленно не улыбнуться. Давно уже не чувствовала такое спокойствие. Стойкое ощущение того, что у меня в жизни постепенно все идет на лад не отпускало до самого обеда.
Решив прогуляться с Тайфуном, будучи в таком приподнятом состоянии духа, я взяла свою старенькую скрипочку, дабы возобновить давно утраченную привычку – игру в парке в уединенной беседке. Я очень часто делала так раньше, еще когда училась в школе, но потом бросила, и в общей сложности меня не было в том парке года три. По соседству часто рисовала девочка, которая училась в «художке», и иногда мы вместе ели дешевое мороженое, болтая ни о чем. Славные были времена!
Конечно, я не чаяла еще когда-нибудь увидеть мою компаньонку из прошлого, но в этот раз хотя бы моя собака разбавит одиночество.
Под стать моему настроению, погода в парке была просто чудесная несмотря на середину осени. Солнце припекало почти по-летнему, и я невольно вспомнила о том, что говорил Тимур о нашем предстоящем походе, в который он твердо решил идти вместе с моими сокурсниками: «бабье лето». Теплое, светлое и совсем немного тоскливое.
Музыка из моего любимого инструмента потекла подобно тихому, преломленному осеннему свету – мягко и нежно. Это была Вторая Симфония Чайковского, та самая симфония, что так запала в душу Тимуру в результате моих «лекций» о любимых композиторах.
Мир, казалось, застыл, внимая каждому движению смычка, и даже Тайфун послушно уселся на ступенях полуразрушенной беседки, чтобы не испортить «магию». В тот момент, когда я добралась до третьей части, боковым зрением заметила черную фигуру, возникшую справа у колонны.
Испугавшись, я тотчас развернулась, чтобы столкнуться взглядом с незнакомым мужчиной – он был высоким, статным, и с высоты своего пожилого возраста смотрел на меня с некоторым снисхождением. Однако кроме холода, что излучали его глаза, я более ничего не почувствовала.
Усмехнувшись на мою реакцию, мужчина заговорил:
– Не обращай на меня внимание. Ты так красиво играешь – я просто заслушался.
Что-то не очень-то он был похож на человека, что праздно прогуливался по парку. Взять хотя бы его костюм – похожие вещи я видела только у одного человека. Постойте, а может ли этот незнакомец иметь какое-то отношение к Тимуру?..
Пока я размышляла, так и не сказав ни слова, незнакомец продолжал со мной разговаривать, как ни в чем не бывало:
– У меня есть большие связи в Америке. Ты никогда не мечтала отправится заграницу? С твоим талантом без проблем устрою тебя в лучший арт-холл.
– Спасибо большое за предложение, но нет, – сухо отозвалась я, начиная потихоньку собираться. Но этот человек совсем не замечал моего нежелания общаться.
– Что так?
– Мне нравится жить и учится здесь.
Сказать по правде, я хотела вообще проигнорировать его вопрос и молча пройти мимо. Но интуиция кричала: «будь осторожна с этим типом, он не так прост». И, как оказалось, не зря.
– Вот как, – задумчиво протянул этот человек в тот момент, когда я уже собиралась покинуть беседку. - А я думал, что тебе нравится путаться с одним недобросовестным олигархом, оттого и не желаешь уезжать.
Я, ожидаемо, застыла, совершенно не понимая – что делать и как реагировать. Мне было страшно сказать что-то не то, совершив тем самым ошибку.
–... У меня здесь бабушка и отец. При чем здесь тот, кого вы упомянули? – ответила я, стараясь выглядеть и звучать спокойно.
– Твоя бабушка сошла с ума – ей в пору отправиться в специализированный дом престарелых, а отец может быть где угодно с его-то образом жизни.
От его слов спина покрылась ледяным потом.
– А вы немало знаете о моей семье.
