Кирилл был так ошеломлен, что даже не попытался свести все к шутке, как делал в неловких ситуациях до этого. Бьюсь об заклад, мое откровение подпортило ему психику.
– Юлюш, скажи своей сумасшедшей подруге, что она перегибает палку, – услышала я за своей спиной. Судя по всему, Кирилл решил поискать помощи у Юли, которая нагнала нас на выходе.
– И правильно делает, - был ее ответ. – Я уже давно советовала послать твоего братишку к черту.
– Почему? Разве они не любят друг друга? – не понимал молодой человек. – Мы должны помогать им, как близкие друзья, - шепотом добавил он, но я все равно услышала.
– Если бы твой брат-миллионер действительно любил ее, он не заставлял бы ее страдать снова и снова.
Юля все понимает.
Мы даже не обсуждали с ней это, в последнее время негласно установив для себя правило – не говорить о Тимуре, будто бы он умер. Но, я более чем уверена, она только по одному моему угнетенному виду все знала и чувствовала.
Кто захочет расстроить любимого? Только тот, кто заблуждается в своей любви.
Если бы Тимур хоть немного жалел меня – он бы не заставлял мучиться в неизвестности и шарахаться от каждого возникшего рядом с домом незнакомца. Я чувствовала себя абсолютно беззащитной и одинокой в своей борьбе. Даже его деньги, на некоторое время отстрочившие мою погибель, все усложнили.
Вечером я собиралась перепрошить все свои нотные сборники, но мое унылое времяпрепровождение наглым образом прервало смс.
Мерзкий богач. Я уж было подумала, что это сообщение – провокация. Но… Это обращение было нашим тайным кодовым словом. Он шутливо называл так сам себя в постели, нарываясь на комплементы.
Сейчас это не выглядело «шутливой» подписью.
– Что ему нужно от меня? Такой сильный недотрах, что я вдруг понадобилась несмотря ни на что? – обижено откинула я телефон, мельком взглянув на часы.
Через час я должна быть на месте. Что ж… видимо, эта внезапная встреча связана с нашим сегодняшним разговором между мной и Кириллом. Интересно, что он собирается сказать.
Было бы неплохо, если бы сегодня мы расстались официально, – и именно так я и сказала ему, едва пересекла порог нашей маленькой казенной комнаты. Как ни странно – ностальгия от внезапного возвращения в это место легонько тронула сердце.
–
– Ну, а вы? Вдруг испугались, что можете потерять свою игрушку? – потупившись, спросила я, усевшись туда, куда он показал мне.
– Прекрати. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к тебе.
О, да. Я действительно знаю это слишком хорошо.
– Тимур. Отпустите меня, - мой голос дрожал, когда я принялась умолять об этом, но взять себя в руки не получалось совершенно. – Я так устала… Мне противно продолжать в том же духе. Я не хочу ни видеть, ни слышать вас... Я не хочу больше иметь с вами никаких дел.
Тимур выслушал, не перебивая, затем медленно поднялся, переместившись к окну. Он молчал какое-то время хмуро глядя на застывшую улицу внизу, затем спросил, не глядя на меня:
–Ты хорошо подумала?
– Да. Давно надо было это сделать.
– ...И что же останавливало? – поинтересовался он.
Мне было трудно признаться. Даже в мыслях это звучало слишком нелепо: надеялась на то, что мы и вправду будем вместе когда-нибудь. Боюсь, если скажу ему подобную глупость, он очень долго будет смеяться надо мной в своих мыслях.
– Потому что мне было хорошо с вами, – это тоже было правдой, но звучало не так жалко. – То время, что вы подарили мне, на самом деле... оно было бесценно. Я солгу, если скажу, что вы не имеете в моем сердце места…
Его деньги спасали меня от коллекторов, но, если бы я не любила его – эта связь стала бы хуже смерти. Мои же чувства к нему всё меняли. Именно эти чувства обладали самой высокой ценностью.
Первый поцелуй с ним и первый секс. Признание в любви, билет на концерт мечты, совместный поход… Это были счастливые эпизоды, которые показали мне, насколько прекрасны могут быть отношения. И в то же самое время, пришло осознание, насколько ужасна оборотная сторона такой привязанности.
Если тебя предадут – ты ничего не сможешь с этим сделать, кроме как постараться принять. И всем плевать, насколько это трудно.
– ...Ты плачешь? – услышала я обеспокоенный голос рядом с собой.
Теплая чужая рука взметнулась к моему лицу, мягко растирая влажные дорожки.
