- Лёнька, чего задумался? - крик Николая прорвался сквозь грохот ветра.
Леонид обернулся. И от его взгляда голливудскую улыбку Николая тут же перекосило ужасом. Несколько мгновений Леонид вглядывался в лицо друга, потом неожиданно для самого себя бросил: “Прощай!” и шагнул в небеса.
Этот прыжок решительно не походил ни на один из проделанных ранее. Леонид падал сквозь непроглядную завесу облаков, совершенно забыв о парашюте. Он целиком был поглощен непередаваемым ощущением падения сквозь эти неправильные облака. Прыгать в непогоду не было для него новизной. Но никогда ранее у Леонида не было чувства, что не он летит через облака, а они сочатся сквозь него. Он с ужасом опомнился, что скоро земля и пора раскрывать купол. Но неизвестно откуда пришло ясное понимание, что раскрывать купол надо после прохождения облачности. И уход чувства опасности только подтвердил это.
Леонид уже не падал. Он струился через бесконечность рядов мельчайших фильтров, рассекался невероятным количеством решёток, ячейки которых казалось просеивали даже субатомные частицы. Леонид нёсся и понимал, что все эти фильтры, сетки и решето имеют какую-то странную цель. Цель, что не может быть понятна сейчас. Но это не пугало. В одночасье он перестал ощущать себя человеком, а лишь каким-то бесконечным потоком, который, тем не менее, мыслит. А эти фильтры... эти бесконечные мириады решёток, что просеивают его существо... они... И внезапно Леонид понял смысл происходящего, но в этот момент вспышка молнии и оглушающий удар грома выбили остатки сознания. Очнулся практически мгновенно. Он уютно покачивался под куполом парашюта. Безоблачное и непривычно лазурное небо сбивало с толку. Леонид глянул вниз. Там, насколько хватало глаз, раскинулось море. А прямо под ногами приближался остров.
Он спокойно смотрел на растущее пятно острова. Бушующий зеленью оазис посреди бескрайнего моря с высоты казался уголком рая. Ветер колыхал мохнатый лес пальм словно шкуру невиданного зверя. Постепенно вырисовывались уютные отмели пляжей, в буйстве травы сверкнула лента речушки. Леонид приземлился в самые непролазные джунгли. Заросли сковывали по рукам и ногам, не давая развернуться. В нос непривычно ударили ароматы тропических растений, смешавшиеся с солёным запахом моря. Факт выпадения из портала, ясный еще до приземления, теперь сменился удивлением. Грубость реализации запахов в пси-сети была притчей во языцех, но дешёвый шлем Леонида вообще не имел такой функции. Он остановился, спокойно провёл ладною по затылку. Ещё раз. Шлема не было. А значит он в реальности. Что это за реальность такая, Леонид задумываться не стал. Он полминуты прислушивался к внутренним ощущениям, но услышав только тишину, перешёл к решению насущных проблем.
По непонятной причине парашют не зацепился за кроны деревьев, а соскользнул вниз. Леонид хмыкнул, глядя на такой фокус, и принялся сматывать стропы. Трава высотой по плечо и толстенные лианы, свисающие чуть ли не через каждый дюйм, превратили вытаскивание парашюта в поистине сизифов труд. Леонид был насквозь мокрый от пота уже через несколько секунд, а через несколько минут он уже проклинал всё и вся. Но облегчить себе труд и срезать стропы он не решился, четко понимая, что на острове длинные веревки могут быть на вес золота. Наконец мучения были завершены. Леонид прикинул ближайшее направление к берегу и начал продираться сквозь заросли.
Продвижение шло чертовски медленно. Под ногами то чавкало, то хлюпало, то что-то убегало. Растения опутывали руки и ноги, поминутно желая что-либо сорвать с путника. Усталость быстро выдавила из головы все мало значительные мысли. И осталось единственное желание поменять осточертевший и никчёмный штык-нож на хорошее мачете и опасение, что это всё же пси-сеть. Вторая мысль тащила за собой гигантскую тень невероятного огорчения, что купленное другом время потрачено столь уныло.
Но где бы это ни происходило, а силы кончались. Он уже видел слабый просвет меж деревьев, но поднять руки уже просто не мог. Решив просто полежать, откинулся прямо в зелёную массу. Но тугая растительность и не думала давать ему упасть. Леонид покачивался на лианах и смотрел в небо, изредка просвечивающее через кроны колышущихся деревьев. Прямо над ним пролетел большущий красный попугай. Это повеселило. Но тут же боковым зрением заметил шевеление. Леонид скосил глаза - в метре от него сидела обезьяна. Большие тёмные бусины глаз внимательно изучали пришельца. Леонид улыбнулся и склонил голову на бок. На большее сил не было. Мохнатый примат в свою очередь тоже скривил шею, соорудил скалозубную гримасу и, издав резкий крик, унёсся вверх. Леонид вздохнул и решительно начал прорубать последний участок пути к берегу. Вырвавшись на пляж, солдат обессиленно упал на песок.
