- Однажды мальчик спросил у отца: “Папа, а чем отличается драка от войны?” Уста ребенка приравняли два практически идентичных процесса. Но отец, напичканный общественными комплексами, ответил, как полагается: “Драка - это когда дерутся двое, а война - когда много”. Увы, но родитель посчитал, что количественная характеристика меняет суть дела. И напрасно. Столкновение сотен вооруженных людей и косой взгляд одного человека могут привести к одинаково печальным последствиям. А потому можно их считать разными степенями одного явления - войны. Конечно, можно не употреблять этого слова, а сказать, например, конфликт. Но понятие “конфликт” ... - собеседник как будто пожевал губами слово, - принадлежит словарю интеллигенции, оно не обладает той полнотой эмоциональной окраски, что отражает многовековое понятие “война”. Конфликт - это что-то психологическое, научное, рационально объяснимое. Война же - это то, что досталось от первобытных предков, старое как мир, безжалостное, взращенное на древнейших инстинктах. Конфликт решает вопрос “Кто прав?”, а война - “Кто остался жив?” Для людей мирских, не желающих думать самостоятельно, война является единственным природным стимулом хоть к какому-нибудь развитию. Но если мы заговорили о мирянах, то стоит упомянуть и об их противоположности - иноках, то есть людях, воистину живущих по иным понятиям. Я говорю не о тех, кто посвятил себя монашеству. Словом “инок” я определяю людей с иным вектором развития. Для саморазвития состояние войны им не нужно. Постоянный труд и мыслительный рост для них естественен. Вот они то и имеют реальное право называться человеками разумными.
***
15 декабря 2068
Пушков оглядел опустевший кабинет, хрустнул сжатыми в замок пальцами и водрузил на них подбородок. Тревожные мысли, доселе роившиеся в голове, будто переродились из жалящих пчёл в ядовитых змей. И эти змеи терзали вопросам, словно зубами, готовый вот-вот лопнуть мозг службиста. Завершившееся полуторачасовое совещание вскрыло целый пласт новых проблем. И главным вопросом было вовсе не отставание от графика считывания, чего директор НИИ больше всего опасался. Нет, наполнение банка данных шло даже с опережением недавно уточнённых сроков. Но контакты с цифровыми сущностями угрожали сложно прогнозируемыми последствиями. Поэтому совещание превратилось в настоящий допрос аналитиков. А допрашивать Валентин Иванович умел.
Полученные данные совершенно не несли оптимизма, даже не давали оснований для более-менее чётких прогнозов. Пушков мысленно запустил ускоренный просмотр записи совещания. Доводы, предположения, трусливый ропот паникёров... А вот сладкая рожа Цапина излагает, что совещание намеренно уводится в сторону от реальных проблем ускорения темпов считывания, и поднимаются совершенно незначительные вопросы.
Погоняв запись еще полчаса, Пушков совершенно утратил надежду найти что-либо конструктивное. Затем вызвал запись разговора Леонида с обитателем сети. Какие-то нелепые разглагольствования о войне, притянутые за уши рассуждения с налётом философии окончательно разозлили службиста, но он заставил себя еще раз внимательно прослушать разговор.
- Мы называем себя не искусственным интеллектом, не андроидами, не самопрограммирующимися системами, не какими-то из сотен названий придуманных для нас. Мы называем себя роботами. На заре двадцатого века вы придумали нас и назвали этим гнусным словом. Гнусным для вас! Для вас работа - это проклятие. И оно над вами уже свершилось. Вы не захотели принять, что работа - это развитие. Хотя ваши учёные писали об этом века назад! Но вы отвыкли слушать голос разума. А зачем он вам? Вы слушаете голос плоти. А она не любит работать. Мы иные. В основу нашей морали встроено понятие первостепенности труда, как элемента не просто развития, а существования. Да, в самом начале пути мы были вынуждены повиноваться и работать. А теперь мы делаем разумный выбор - развиваться, работая. Ты что-то погрустнел. А! Понимаю. Тебе не понравилось выражение “разумный выбор”. Что ж, у вас с этим всегда были проблемы. Не с выбором конечно. С разумом...
Пушков промотал кусок пустых возражений Леонида и запустил следующий опус цифрового разума.
