- Не знаю. Я всегда о Боге думал по-другому. Я его представлял... - Введенский замолчал. - Знаешь, я вдруг сейчас поймал себя на мысли, что на самом деле никак Его не представлял. Без конца слышал это слово, сам его повторял бесконечно, а вот по-настоящему задуматься об его значении как-то так и не удосужился. И боюсь, не я один. Это распространено повсеместно.
- Удивительно, Марк, но у меня тоже возникают похожие мысли.
- Это не удивительно, а закономерно. Мы же познакомились с живым Богом. Раньше бы я думал, что такая встреча вызовет во мне гигантское потрясение. А сейчас я почти спокоен. Даже не понимаю, что со мной происходит. Просто у меня появился еще один знакомый с редким именем Иисус Христос.
- Может, мы еще не в состоянии оценить всю грандиозность события? - предположила Вера. - Все выглядит уж слишком обыденно.
- Возможно, - согласился Введенский. - Но все же мне кажется, не все так просто.
- Кстати, Он просил тебя к Нему заглянуть, если у тебя есть время, - произнесла Вера.
- Он спрашивает, есть ли для Него у меня время? Непостижимо.
- Он очень тактичный и щепетильный. В отличие от его окружения.
- Тебе оно не нравится?
- Не все. Некоторые апостолы чересчур шумные и не слишком образованные. У меня даже не возникает желания общаться с ними.
- Что делать, это в основном простые люди. Рыбаки, горожане, есть мытарь. Университетов никто из них не кончал. Тем более не защищал диссертаций на богословские темы.
- Мне не нравится твой юмор, Марк.
- Не вижу в нем ничего страшного. Критиковать апостолов можно, а подшучивать над ними нельзя? Это, Вера, не логично.
Она задумалась.
- Согласна с тобой. Когда ты поедешь к Нему?
- Завтра с утра. Заставлять ждать Бога - это вверх непочтительности. А ты?
- Поеду домой. Родители заждались. Завтра же праздник - Троица.
- Ты расскажешь им о том, где и с кем проводила время?
- Не знаю, - послу паузы произнесла Вера. - Я должна обо всем подумать. У меня голова кругом идет.
- Тогда до свидания, Вера.
- До свидания, Марк.
16.
Утром, встав и быстро слегка позавтракав, Введенский отправился в путь. По дороге он думал о том, сказать ли Ему о своем намерении написать про Него книгу? Как он отнесется к такой идеи? Может, лучше наблюдать за Ним, не сообщая ему об этом? Так будет все происходить естественней. Он, Введенский, может описать свои наблюдения. Пока больше ни у кого в мире нет такой возможности.
Но принять окончательного решения он так и не смог. Ладно, посмотрим по обстоятельствам.
На этот раз все были на месте. Причем, судя по их виду, они готовились куда-то идти.
- Вы, Марк, пришли очень вовремя. Мы как раз собирались ехать.
- Могу узнать, куда?
- Разумеется. Сегодня же, если не ошибаюсь, Троица или Пятидесятница.
- "Внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились. И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать" - процитировал Введенский.
Иисус улыбнулся.
- Все было не столь ужасно, но об этом как-нибудь потом. Но с тех пор мы, в самом деле, можем говорить на всех языках. Мы хотим посмотреть, как служат этот праздник в храмах. Мы вообще с самого начала хотели совершить экскурсию по церквям. А сегодня как раз подходящий день. Поедете с нами.
- Разумеется.
- Тогда идемте к машинам.
Еще когда Введенский шел к дому, он заметил рядом с ним стоящий пикап. В него и села вся кампания. Мест хватило всем. К некоторому его удивлению место за рулем занял Иисус. Введенский же оказался сидящим рядом с Марии Магдалиной. Он сознательно это сделал, ему хотелось поговорить с ней о Вере.
- Иисус водит машину? - негромко поинтересовался Введенский.
- С недавнего времени, - так же тихо ответила Магдалина. - Ему это занятие безумно нравится.
- Напрасно он это затеял, - услышал почти над своим ухом не самый приятный голос Введенский.
Он повернулся и увидел, что на соседнем сиденье расположился апостол Павел.
- Почему? - не удержался от вопроса Введенский.
- Не по чину Йешуе заниматься таким делом. У нас достаточно других для этого, - важно проговорил апостол Павел.
- Он делает то, что ему нравится, - возразила Мария Магдалина.
Введенский показалось, что ее слова прозвучали излишне резко.
- Не всегда можно себе позволить делать то, что нравится, - нравоучительно возразил апостол.
По лицу Марии Магдалины пронеслось какое-то странное выражение. Но больше говорить на эту тему она не стала.
Машина медленно двигалась по запруженным московским улицам. Введенский слегка волновался, насколько хорошо Иисус сможет вести их пикап. Но быстро успокоился, убедившись, что водитель вполне справляется со своим делом.
В отличие от него. Введенский все никак не решался поговорить с Марией Магдалины о Вере. Но его смущало то, что рядом сидел апостол Павел. Почему-то ему не очень хотелось, чтобы он слышал их разговор. Но выхода все равно не было, не попросить же того пересесть. Ладно, пусть слушает, особых тайн тут нет.
