- Да, лучше, - согласился отец Вениамин. Он посмотрел на младшего сына. Тот ответил ему понимающим взглядом. - Я внимательно прочитал твою книгу. Отдельные места даже перечитал.
- Это мне льстит, - не удержался от реплики Марк.
- Поверь, это не тот случай, когда стоит иронизировать, - сказал отец.
Он встал и прошелся по комнате, Марк следовал взглядом за его высокой стройной фигурой. Внезапно отец остановился рядом с ним.
- Я очень огорчен. Я еще никогда не был так огорчен, чем сейчас. - Он посмотрел на Матвея.
- Мы с отцом не ожидали такого от тебя, - важно промолвил брат.
- Почему? Мы много раз обсуждали эти темы вот за этим же столом, - возразил Марк.
- Нет, это не совсем так, - не согласился отец. - Мы так далеко не заходили, ты не высказывал столь радикальные суждения.
Мысленно Марк согласился с отцом, так далеко они не заходили. Но, начиная работу над книгой, он и не предполагал, что она окажется напичканной столь радикальными идеями. Они приходили к нему во время написания, пугали его, но и отмахнуться от них он не мог. В какой-то момент он осознал, что эти мысли как раз и являются самыми важными, ради чего и стоит заниматься этим делом. Они давно назрели и даже странно, что ему выпала честь озвучить их.
- Так, получилось, папа. Эти мысли стали меня осаждать, я не мог от них отбиться. Иначе бы все потеряло смысл.
- А то, что ты написал, все им дышит? - Голос отца вырвался из-под контроля, и Марк понял, что его спокойствие напускное, внутри он весь кипит от негодования.
- Не знаю, не мне судить. Но я старался.
- Вот как, он старался! А ты отдаешь себя отчет в том, что ты натворил, какую бомбу подложил под основание нашей церкви?
- Ты не прав, отец, если кто-то и подложил бомбу, то не я. Это сделала сама церковь. Я лишь констатировал то, что есть. Не надо винить меня в том, в чем я не виноват. - Эти слова дались ему не без труда, но он понимал, что с его стороны будет ошибкой, если он перейдет в глухую оборону. Он приехал сюда не защищаться, а говорить на равных. По крайней мере, так ему хотелось думать.
- Ах, вот как! - воскликнул отец. - Значит, церковь во всем виновата.
- Но разве не ты много раз мне говорил об ее недостатках и даже пороках. Более того, ты хорошо известен, как борец за ее чистоту. Это сделало тебя широко известным в церковных кругах. И не только в них. Правда, далеко не всем нравится твоя деятельность.
- Бороться за ее чистоту и отвергать саму необходимость существования церкви - это абсолютно две разные вещи. И тебе это прекрасно известно.
Марк отрицательно покачал головой.
- Я тоже так поначалу думал, но по мере того, как углублялся в материал, то все сильней приходил к выводу, что эти темы тесно взаимосвязаны. Что-то почти за две тысячи лет существования церкви ей так и не удалось стать чистой и непорочной. Тебя не наводит этот факт ни на какие выводы?
- Зачем мне делать такие выводы, если это уже сделал ты, - хмуро произнес отец.
- Патриарх сказал, что давно не держал в руках такого омерзительного сочинения, - вставил Матвей.
- Это лишь мнение частного лица, - пожал плечами Марк.
- Ну, знаешь, - возмутился Матвей, - у меня нет даже слов, чтобы сказать, что я думаю о твоем заявлении.
- Не забывай, брат, это ты воцерквленный человек, а я нет. Для меня патриарх не авторитет.
- Кто же тогда авторитет? - спросил отец.
Марк помедлил с ответом.
- Думаю, только Бог.
- И Он потребовал от тебя написания книги, в которой доказывается не только ненужность, но и вредность существования церкви?
- А кто же еще?
- Дьявол, - резко произнес Матвей.
- Ну, вот, вернулись в прошлое, - насмешливо протянул Марк. - Если церкви что-то не нравится, значит, по ее мнению, в этом замешен дьявол. Знакомый аргумент со времен святой инквизиции. А если уж говорить в таком ключе, вы никогда не задумывались о том, что церковь сама может быть создана по инициативе дьявола? Уж больно много в ней негатива.
- Я предчувствовал, что услышу от тебя подобные слова, - произнес отец. - И иначе как объявлением войны их не могу воспринимать.
- Ну, зачем же так категорично, отец.
- А как иначе, сынок. Ты сам вошел в зону, где нет компромиссов.
- Это не так, компромиссы есть везде. А вот желание их достигать, действительно в какие-то моменты пропадает.
- Ты обвиняешь в этом меня?
- Это тебе решать самому.
- Ты заходишь слишком далеко, Марк.
- Не дальше, чем зашла жизнь. Пора взглянуть правде в глаза. Неужели это так страшно. Мне, например, так не кажется. Наоборот, мне нравится это делать. Только надо непременно оторваться от привычных представлений. И тут же станет все намного проще. Я это знаю по себе.
- Получается, ты нас еще обвиняешь в том, что мы не сделали тоже самого, - возмутился уже не первый раз Отец Вениамин.
- Я никого не обвиняю, я лишь излагаю свои аргументы. А каждый пусть делает вывод на счет себя сам.
- Спасибо за такую возможность, - усмехнулся отец. - Чтобы мы с Матвеем без нее делали. Ты само воплощение доброты.
- Не думаю, папа, что тут уместна ирония.
- Что же уместно?
