Правая рука привычно наложила крест, затем дотянулась до кнопки дверного звонка и нажала указательным пальцем до упора. Тишина. Отпустив кнопку и взяв небольшую паузу, рука вновь указательным пальцем нажала на кнопку и удерживала ее несколько дольше, чем в первый раз. Безрезультатно. Абсолютная тишина.
– Да бесполезно, не заведется, – махнул рукой штурман
президентского вертолета и заерзал на поставленных один на другой овощных ящиках. – Кнопку нужно родную поставить.
– Где взять родную? – Командир вертолета строго по командирски взглянул на штурмана. – Вот что ты сейчас сказал? Кнопка от дверного звонка отличного качества, еще советская.
Командир сунул руку под снятую панель и вскоре вынул конец провода. Его глаза переместились на штурмана – Это твоя работа. Когда тащил свои ящики, зацепил и выдернул провод.
– Я не виноват, что провод не защищен панелью. И вообще, кресло отвалилось, мне что, стоя лететь?
– Я не говорю стоя. Аккуратнее нужно быть. – Командир опустился на колени и принялся вставлять провод на место. – Ладно. Если долетим до авиаремонтного завода, то сделают и твое кресло и, может быть, даже кнопку пуска двигателя родную поставят.
– Еще скажи, что и новый топливный насос установят, – усмехнулся штурман.
– Насос переберут – и то хорошо.
– Я не пойму, – штурман сдвинул шлем танкиста и почесал в затылке, – сколько просились в ремонт, один ответ: нет денег. А здесь на тебе, сами отправляют.
– Головой думай, – командир постучал по шлемофону на своей голове. – В городе Воланд. Провальный, если можно так сказать, в отгулах. Самое время нас отправить в ремонт.
– Согласен, – встал с овощных ящиков штурман. – Мы для чего нужны? Чтобы в случае необходимости экстренно эвакуировать президента в безопасное место. А так как вывозить временно некого, то в самый раз и в ремонт. – Он опустился на ящики.
– Топлива-то, вообще, хватит? – выдал он очередной вопрос.
Командир кивнул, в третий раз нажал на кнопку, и президентский вертолет взревел двигателем. Разговаривать в кабине стало невозможно, шум двигателя с неисправным глушителем заглушал все попытки. Разговаривать через шлемофон также не представлялось возможным. Шлемофон был один на двоих. Обменявшись жестами, экипаж поднял вертолет в воздух, вскоре он перемахнул через кремлевскую стену и взял курс на запад в сторону авиаремонтного завода.
Пролетая над концертом Северо-Западной умеренной префектуры, пилоты обменялись восторженными жестами. Телевизионщиков во дворе дома номер тридцать один заметил штурман и указал командиру, написав на бумажке: «Злополучный двор. Пролетим над ним?»
Но командир махнул рукой и, показав на датчик топлива, вытянул руку перед собой.
Отсутствие Николая Петровича несколько обескуражило Николая. Он очень хотел встретиться с Маргаритой, и поводом мог послужить визит к человеку, который побывал в загробном мире. Об этом человеке Николаю рассказал Николай Петрович, после того как выписался из психушки. Он не пил уже целую неделю, и, когда Николай по долгу службы навестил его, у них завязалась беседа. Николай Петрович оказался начитанным и всесторонне развитым человеком. Они долго говорили о том, что России необходимо покаяться всенародно и тогда появится надежда, что Бог дарует им Царя. Доводы Николая Петровича были весьма убедительны, и Николай, хотя и состоял в либеральном союзе молодежи, принял его точку зрения. В конце беседы Николай Петрович так проникся к участковому, что рассказал о своем друге и даже сообщил ему его адрес на случай, если его опять упекут в психушку. Его друг, а жил он через три дома, волей судьбы побывал на том свете и посвятил в это только Николая Петровича – и то лишь потому, что Николай Петрович вовсе разуверился в этой жизни. Его рассказ и его уверенность в скором, в относительно скором, приходе в Россию Царя дали надежду и силы Николаю Петровичу.
Николай надеялся, что Николай Петрович позвонит своему другу и договорится о визите. А получилось, что необходимо выполнить просьбу Николая Петровича в случае его помещения в психбольницу, сообщить об этом его другу.
В итоге Николай с учащенным сердцебиением позвонил Маргарите и предложил ей вместе посетить путешественника в загробный мир. Она с радостью согласилась, хотя ей и было немного страшно, но Николай казался ей надежной опорой.
Уроки на сегодня закончились, и Маргарита, быстро собрав сумку, с улыбкой на лице покинула учительскую.