Я улыбнулся. Ох уж эти «если»! Только вот иначе я поступить не мог — это был лучший вариант из всех, которые были на тот момент мне очевидны. Это сейчас, с высоты опыта, я понимаю, что мне нужно было поспать после обучения в клинике, а не работать. Я бы избежал пленения и… так и не встретил бы Лайлу, сочетающую в себе неукротимость дикой львицы и нежность домашней, любящей кошки. Ну и стоит исправление той ошибки этого? По итогу я получил неплохой такой бонус, за те события, что пережил! Определенно я поступил правильно!
— Я много думала о своей матери, о детстве, юности… и знаешь, — она невесело усмехнулась, — предложи мне сейчас кто-нибудь исправить всё это… я бы отказалась. Я бы точно также попала на пиратский корабль, точно также бы слушала свою дорогую мамочку, — Лайла скорчила такую рожицу, что сразу становилось понятно где и в каких тапочках она видала свою мать. — И точно также встретила бы пленника Трима, — она тепло улыбнулась, взъерошив мою прическу, — пожалела бы его и помогла, не дав той турели, которая перед рубкой, убить его в спину.
Она замолчала, внимательно рассматривая меня, словно любуясь.
— И ещё, я поняла, что нашла То Самое, — она гордо улыбнулась, а в её глазах запрыгали бесенята. — С тобой я хочу ощутить себя любящей женой. Настоящей женой, а не на словах, — это она о том, что на людях я часто представляю её супругой, да и сама она себя так именует. — Хочу поставить эту дурацкую галочку на нейросеть, получить статус и гордиться им.
Мы синхронно фыркнули, сдерживая смех — так наивно и по-детски это звучало.
— И ещё я хочу, чтобы мы создали полноценную семью где-нибудь в глуши, подальше от всего этого, — она посерьёзнела. — И будет у нас маленькая дочь, которую мы будем воспитывать и учить правильной жизни, без всей этой херни про счастливых девочек в розовых комбинезонах.
Я улыбнулся — на сколько разные миры, а аналогии у людей везде и всюду схожи…
— И это будет твоя дочь, Трим, — она запустила руку в мою шевелюру и нежно улыбнулась. А в сердце у меня защемило от тепла и радости, от нежности и восторга, захлестывавшего с головой. Каждому мужчине приятно слышать о любви женщины к себе и желании быть только с ним. Вдвойне приятнее слышать о желании этой женщины иметь ребенка именно от него и ни от кого больше. Слышать, что это будет именно его ребенок и что именно ему она родит его.
Ничего не говоря, я скользнул руками на гибкую спинку Лайлы и притянул девушку к себе, тут же впиваясь в её губы долгим поцелуем.
— Ты лучшая, — с придыханием прошептал я, оторвавшись на мгновение и тут же вновь впиваясь поцелуем в её губы.
Мои руки скользнули к плечам девушки. Её комбинезон, словно Лайла слышала мои мысли и подала команду с нейросети, — что в сущности так и было — обвис, вернувшись к безразмерному состоянию. Потянув вниз, я без труда стянул его, обнажая крепкую, подтянутую грудь девушки с красивыми, аппетитно торчащими вперед, розовыми сосками. Подрагивая от желания, я припал к левой груди Лайлы губами, вызывая у девушки тихий, вибрирующий грудной стон, эхом откликающийся во мне, резонирующий и пробуждающий все потаенные желания…
Оторвались мы друг от друга только порядком устав. То, что было не очень удобно — это мелочи. Кресло выступало удобным плацдармом, позволяя принимать девушке самые разные позы.
Подхватив комбинезоны, мы перебрались в каюту, по-быстрому приняли душ и благополучно отрубились на кровати, не одеваясь…
А по пробуждении, я сообщил девушке, что теперь она не будет беззащитна — я сконструирую для нее персональный мобильный роботизированный доспех-телохранитель, который сможет защитить её от попадания крупнокалиберной винтовки, вроде нашей винтовки Барретта, но не будет громоздким и неудобным.
Преисполненный вдохновения, желая творить, я, словно гордый орёл, собирался отправиться на склад, испытывая острое маниакальное желание придумать что-то особенное… хотя бы чуть-чуть новое — слишком долго я пользую восемнадцатую версию! Остановлен я был ещё на взлёте. Лайла, девушка в принципе ненасытная, пребывая почти полгода в отсутствии близости со мной, истосковалась на столько, что отпускать меня куда бы то ни было не собиралась. И я по здравому размышлению предпочёл её своим глупым железкам — доспех подождёт…
Освободились мы только через час. Быстро приняв душ, просто смыв пот, мы оделись. Я по обыкновению натянул комбинезон, подогнавшийся под размеры тела, а девушка надела любимые короткие шортики, маечку без лифчика — на корабле лишь мы вдвоем, стесняться ей некого, а лишний раз соблазнить меня зазорным не будет — и простые сандалии.
